Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
БИБЛЕЙСКИЕ ПРОРОКИ [20]
БИБЛЕЙСКИЙ ИЗРАИЛЬ [20]
ИУДЕЙСКИЕ ДРЕВНОСТИ [15]
ИСТОРИИ ВЕТХОГО ЗАВЕТА [15]
ТОЛКОВАНИЯ ПРОРОКОВ [250]
ЗОЛОТАЯ ЧАША СЕМИРАМИДЫ [50]
ВЕЛИКИЙ НАВУХОДОНОСОР [30]
ЦАРЬ НАВУХОДОНОСОР [20]
ЛЕГЕНДАРНЫЙ ВАВИЛОН [20]
ВАВИЛОН. РАСЦВЕТ И ГИБЕЛЬ [20]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » 1. ВАВИЛОНСКИЙ ПЛЕН » ТОЛКОВАНИЯ ПРОРОКОВ

    Толкование пророков - Книга пророка Амоса. 3 глава

    Книга пророка Амоса. 3 глава

    С этого момента речь в основном идет об Иуде и Израиле. Немалым бесчестием было то, что они должны были быть занесенными в список виновных народов, населяющих Палестину и земли, прилежащие к ней, которые должны были понести наказание за свои беспрестанные преступления, всегда заканчивающиеся бедой. Но если Иуда и Израиль опустились до уровня язычников, то ничто не могло помешать вынесению особого обвинения против них - как в целом, так и индивидуально каждому.

    Таким образом, хотя в главах 1 и 2 Иуда и Израиль были включены в один перечень грешников вместе с язычниками, соседствующими с ними, в главе 3 мы подходим к тому, что более близко, более серьезно для них, что более характерно для этих двух народов, ибо они рассматриваются здесь как отличающиеся от своих соседей.


    «И поражу дом зимний вместе с домом летним, и исчезнут домы с украшениями из
    слоновой кости, и не станет многих домов, говорит Господь» (Ам.3:15)

    «Слушайте слово сие» (гл. 3,1). Этими словами начинается новый раздел данной книги. Этими же словами открываются главы 4 и 5, хотя каждую из них можно считать отдельной проповедью. Затем следует явно отличное вступление главы 6, которая начинается словами «горе беспечным», за ней следуют другие виды вступления оставшихся глав данного пророчества. Но в третьей главе мы читаем: «Слушайте слово сие, которое Господь изрек на вас, сыны Израилевы, на все племя, которое вывел Я из земли Египетской, говоря: только вас признал Я из всех племен земли».

    Совершенно очевидно, что теперь Бог выделяет их, а не смешивает с язычниками. Но из этого следует очень важный вывод. Поскольку, таким образом, они были отделены к познанию Бога, то они явились единственным его народом, «потому и взыщу с вас за все беззакония ваши». Мера родства всегда определяет меру ответственности. Чем ближе человек к Богу, тем сильнее основания, тем выше характер его подчинения божественным требованиям.

    Такова неизменная духовная истина. Так и в отношениях между людьми. Человека может возмутить в своей жене то, чего он обычно не замечает в других; он имеет полное право требовать, чтобы его дети подчинялись ему, чтобы его сын не противоречил деяниям и намерениям своей семьи, что не возбраняется чужим.

    Небрежность, пользующаяся доверием слуги, осуждается гораздо строже, чем случайно нанятого служащего даже среди людей этого мира. И так всегда в повседневной и в духовной жизни. Следовательно, в рамках закона грехи правителя гораздо больше достойны порицания, чем грехи простых людей; злой поступок, допущенный помазанным первосвященником имеет гораздо более серьезные последствия, чем грех любого другого человека в Израиле.

    Мы сталкиваемся с этим различием, когда Бог устанавливает разные жертвоприношения за грех (Лев. 4). Это духовная необходимость. Не может быть большего заблуждения, чем мысль о том, что все люди находятся на одном и том же уровне и что поэтому все грехи одинаково преступны и не имеет значения, кто их совершил.

    Это противоречит тому, что всякий находящийся под надлежащим контролем разум способен различить простое слово Бога, когда непосредственно сталкивается с ним. Дело в том, что мы находимся в различных отношениях; и чем выше эти отношения или чем больше наши привилегии, тем прискорбнее неверие в эти отношения и в эти привилегии.

    Вот почему этот грех Израиля рассматривается на совершенно иной основе, чем то, что мы видели во 2-ой главе. Там речь шла о том, что если зло, причисляемое язычникам, было замечено Богом и наказано, то мог ли Израиль избежать наказания за свои грехи? И Бог показывает, что наказание неизбежно для Израиля.

    Если Он так поступил с язычниками, то не избежать этого и Иуде с Израилем. Но это не скрывает и второго обвинения, согласно которому их испытывали и нашли виновными. В главе 3 их судят не просто за их вину - другие были виноваты, и поэтому виноваты были и они; но Израиль находился под началом Бога, как никто другой, и поэтому израильтяне обвинялись в измене в том смысле, в каком нельзя было обвинять никого другого.

    «Только вас признал Я из всех племен земли, потому и взыщу с вас за все беззакония ваши». Не имеет ли это отношение и к нам? Разве мы не состоим в особых отношениях с Богом? Какой бы ни была близость израильтян к Богу, какое бы благословение ни было на этом избранном, возлюбленном Богом народе, можно ли сравнить это с тем положением, которое занимает христианин или собрание, тело Христа?

    Вот почему в своих наставлениях в евангелии по Луке (гл. 12) наш Господь Иисус утверждает, что в день его возвращения, слуги, не ведавшие воли своего господина, будут биты, но еще больше достанется слугам, которые знали волю своего господина, но не исполняли ее. Невозможно представить себе более ошибочный принцип, чем то, что привилегированные страны христианского мира ждет более легкая участь в тот день, чем ненужные отбросы язычества.

    Часто полагают, например, что страна, в которой больше знакомы с Библией, чем в какой-то другой, и откуда она распространяется в большей мере, чем из другого центра, будет избавлена от того заслуженного наказания Бога, которое по предсказанию должно пасть на христианский мир. Совершенно очевидно, что открывшиеся начала божественного Слова указывают на совсем обратный вывод.

    Истина заключается в том, что широкое распространение Библии усугубляет положение тех, кто легкомысленно относится к написанному в ней, кто, несомненно, готов поддаться искушениям и отказаться от истины. В настоящее время явно намечается тенденция приспосабливаться к трудностям, поддаваться общественному мнению о Боге, бытующему в той или иной стране, решать проблемы различных сект и вероисповеданий путем отказа от всестороннего и безусловного утверждения его истины.

    Отвращение к эгоистичным перебранкам богословов приводит, например, к мирскому образованию и к разделению фондов, предназначенных для религиозных целей, которые обращены на сиюминутные потребности человека. Я убежден, что Господь отмечает то, что неожиданно для человека, и что все, кто пренебрег даже малейшим и несовершенным свидетельством его истины в протестантизме, дорого заплатят за свое неуважение к Нему и его Слову.

    Несомненно, подобный процесс разобщения продолжается в любом другом направлении, по которому следует любая другая часть христианского мира. По крайней мере, рационалистический индифферентизм получил довольно широкое распространение среди католиков. Иначе говоря, поскольку одна часть особым образом возвышает себя своими притязаниями на превосходство над другими, желая быть матерью и повелительницей всех прочих, то это самое высокомерие выдает ее отступление от воли Бога.

    Ибо в таком случае евангелие становится средством для удовлетворения мирского честолюбия, а святое имя распятого становится камнем преткновения на пути к высокому положению и благополучию, и признанный приемник того, кто не имел ни серебра, ни золота, соперничает с царями и царицами в показной земной пышности, в титулах и в любой форме гордыни и мирской напыщенности.


    «Бывает ли в городе бедствие, которое не Господь попустил бы? Ибо Господь Бог ничего
    не делает, не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам» (Ам.3:6-7)

    Несомненно, будет иметь место еще большая мерзость, когда та цель, которую искренние люди вынуждены будут признать противоречащей Слову Христа и будут считать, что по учению апостолов не было греха от начала мира. Таково осуждение, нависшее над Вавилоном.

    Что же касается жилища Вавилона или его средоточия на земле, то ни один человек, искренне верящий в Откровение, не будет сомневаться в том, что о семи холмах говорится здесь не напрасно. Здесь дается достаточно ясный намек на то, где именно находился город, который занял место не просто великого, но господствующего города, правящего царями земли, ограничивающего их власть наложением на них дани и вассальной зависимостью.

    Сначала Рим правил всем, исповедуя языческую веру, затем с не меньшим честолюбием и жестокостью, но с еще гораздо большей греховностью как столица христианского мира. Несомненно, и другие системы управления, где все основывалось на воле человека, были достаточно плохи, но так называемый христианский Рим незаконно присвоил себе самым бессовестным образом права Бога, он поставил идолопоклонство на службу, что вносит явный беспорядок в управление и противоречит святости и истине, и он заслужил еще более ужасную судьбу, чем язычество или иудаизм. Таков Вавилон, о котором говорится в книге Откровение.

    С другой стороны, мы должны помнить, что жалким делом является то, что мы занимаемся лишь тем, что касается других. Давайте всегда стремиться покорно, принимать то, что Бог открыл нам, а не только то, чем Он угрожает за грехи другим. Давайте будем всегда применять его Слово во славу Христа в наших собственных душах, и делать это, искренне желая помочь другим, особенно тем, кто принадлежит к семье верующих.

    Если уж Бог соблаговолил в величии своей благодати привести любого из нас к лучшему познанию своей истины и к лучшему восприятию того благоволения, каким Он одарил свое собрание, то давайте не забывать о мере той ответственности, какая возложена на нас в связи с этим. Слово «Вавилон», я уверен, не каждый может сопоставить с мыслью о Риме. Но это затруднение исходит от неверного понимания Откровения, которое не просто повторяет факты из Ветхого Завета, но использует их с более глубокими целями с точки зрения крушения христианского мира.

    Происхождение этого названия «Вавилон», по всей вероятности, следующее: сущность этого имени - смешение, его значение - система смешения; это то, что стремится достичь превосходства на земле, стать великой столицей, можно сказать, рас, народов и языков. Но даже прежде этого главной идеей были могущество и величие, являющиеся результатом объединения. Еще позже это стало символизировать власть - мировое господство (Дан. 2). Все это сочетается в отступничестве христианского мира.

    Несомненно, эта церковь не является простой совокупностью церквей, а тем более евангельским союзом. В целом христианская церковь была домом Бога, в ней было много членов, но все они представляли одно тело. Вавилон мог ухватиться за идею единства, чтобы издавать приказы мирского характера, ища не веры, но стремясь подчинить весь христианский мир своим собственным целям, исполненным гордыни, власти и алчности; но это не несет в себе истинного понятия об истине.

    Не может быть единства Духа в том, что является плотским соглашением, основанным на соединении земного священства и человеческих постановлений с указами, канонами и бесчисленными обрядами, что может привлечь внимание, но никогда не может объединить души. Единственно объединяющей силой в собрании Бога является крещение Святым Духом.

    Ввиду того, что христиане имеют один Дух, обитающий во всех них, то все имеющие Святого Духа являются поэтому членами одного и того же тела. Они объединены чрезвычайно тесными узами. Ибо пока существует низменный союз плоти, как сурово заявляет нам апостол Павел в 1-ом послании Коринфянам, не может быть другого, законного союза с Богом.

    Так какой же из них мы можем сравнить с телом, созданным Святым Духом? Плоть в лучшем случае является простым созданием, и теперь, будучи развращенной и грешной, она проявляет себя в своеволии и страсти. Но союз в Духе свят по своей сути, и он ставит своей целью возвышение Христа. Такова цель собрания Бога здесь, на земле, и то, что не отвечает этой цели, вскоре становится средством для достижения эгоистичных целей.

    И не имеет значения, кем это осуществляется: отдельными личностями или целыми народами. Все, кто забывает о цели Бога и не стремится к осуществлению его планов, не заслужат ничего, кроме осуждения. Если мы признаем имя, разве не правда то, что Бог поступает с нами согласно тому положению, какое мы занимаем?

    Это в особенности относится к Риму. Никто другой не мог притязать на то, чтобы стать апокалиптическим Вавилоном. Но следует помнить, что Рим желал проявить свои полномочия, таким образом, каким мы в большинстве своем не готовы сделать это. Я убежден, что те, кто не основывается на Христе и не возлюбили его Слова через Дух Бога, вскоре сольются в Вавилоне. Таким образом, Рим замыслит пойти по своему собственному пути незадолго до своего окончательного осуждения и крушения.

    Нельзя забывать, что в мире сейчас есть два духа, борющихся за господство: это неверие и суеверие. Дух суеверия - это, несомненно, то, что преобладает сейчас в католицизме. Но мы также должны помнить, что, хотя эти силы на первый взгляд кажутся противоречащими друг другу, в них есть много общего, что роднит их. И это общее скрыто от глаз. Но если взглянуть на это трезво, то суеверие в глазах Бога является таким же неверием, как и скептицизм. Единственная разница в том, что скептицизм является неверием ума, тогда как суеверие - это неверие воображения.

    И то, и другое представляют собой завесу, которая отгораживает от истины Бога и отрицает ее, источник же того и другого кроется в истинном неведении истины Бога, то и другое приписывает качества первого человека второму; одно делает это с благоговейным тоном и кажущейся преданностью, превосходящей истину, которая соответствует благочестию, преклоняясь до того, что готово даже лизать земной прах или тому подобное, что унижает человека в глазах его земного священника как видимой эмблемы Бога.


    «Посему так говорит Господь Бог: вот неприятель, и притом вокруг всей земли! он
    низложит могущество твое, и ограблены будут чертоги твои» (Ам.3:11)

    Ибо в этом вся сущность данной системы. Но это всего лишь человек, униженный не пред Богом, а пред другим человеком. Это явно цель дьявола. Каждый разум, наученный отличать это Святым Духом, несомненно, способен увидеть здесь, что Бог лишен своего места и что следующее из этого неверие есть истинный корень католицизма, не в меньшей степени, чем открытый мирской скептицизм.

    Следовательно, они действуют на руку друг другу, потому что грубость суеверия побуждает к неверию и вырабатывает его ничтожность. Отчаяние неверия толкает души к тому, чтобы удовлетворить плотские страсти своей души, которой неведом Бог и которая не осуждает эгоизм. Таким образом, скептицизм ведет людей прямо к суеверию.

    Душевная пустота неверия, безнадежное отсутствие истины, его отрицательная сущность вынуждают душу уступить чему-то определенному, тому, на что можно опереться; и если они не верят в Бога и его Слово, то, оскорбляя его имя, они исповедуют по крайней мере человека. Оценивать таким образом есть суеверие; однако совершенно очевидно, что избавление от этого не является отказом от Писания, но поклонением Богу, а не человеку.

    Покорность сердца Богу и его Слову является той единственной позицией, которая приличествует человеку пред Богом; к этому мы призваны словом его свидетельства; и когда мы полагаемся на искупление Христа, его Дух даруется, чтобы пребывать в нас, которые посвящены таким образом Богу. Таковы те, кто принял имя Господа Иисуса, ибо не может быть настоящей веры в Бога без принятия теперь Христа, Сына Бога и Сына человека.

    Невозможно угодить Богу, не принимая эту славную личность, которая, поистине, является Богом и человеком и которая принесла нам успокоение, являясь воплощением божественности и совершенством человечности через жертву, в которой грех был полностью и навсегда осужден перед лицом Бога. Следовательно, верующий в имя Господа Иисуса вступает во все то благословение, которое основано на искупительном деле Христа и соразмерно безграничному достоинству его личности.

    Таково положение христианина, как только все сомнения относительно принятия Бога будут полностью развеяны для него через благодать во Христе; и неважно кто или какой он, где он живет, черный и белый, высокого или низкого он происхождения (я не говорю о ереси или грехе), каждый христианин должен быть в одинаковой мере признан членом тела Христа.

    Мы с радостью должны принять их всех как принадлежащие к тому единственному главе не только ради будущего на небесах, но и ради церковного братства теперь. Ибо что еще может заслуживать большего самоосуждения, чем признание того, что вы стыдитесь признать свою связь с Христом и связь других с ним на этой земле?

    Не является ли сущностью христианства действие на основании того, что невидимо и вечно? Позволить каким-то обстоятельствам перевесить - значит, не иметь истинной веры или искренней любви. Если бы мы всегда с радостью и чувством долга помнили, что на деле призваны теперь свидетельствовать о том, что Бог сделал для всех, принадлежащих Христу, то не возникало бы никаких сомнений в нашем обычном подчинении Писанию.

    На небесах в этом не будет никаких сомнений; не должно быть никаких сомнений в этом и на земле среди тех, которые принадлежат небесам. Сейчас мы проходим испытания, и вера и любовь проявят свою сущность в день испытаний. Было само собой разумеющимся любить Давида, когда он, как царь, восседал на престоле; но тогда, когда Давида преследовали в горах, как куропатку, имело место испытание, как любви, так и понимание намерения Бога.

    Именно здесь мы теперь подвергаемся испытанию, хотя нельзя сказать, что в исключительной мере. Против них, объединенных как обиталище Бога в Духе (которое теперь, увы, испорчено и разрушено, если судить о внешнем их поведении), против церкви Бога сатана создал и приукрасил ту ужасную тайну беззакония, какой еще не видел мир, скрывающую под светлыми образами и громкими именами самое отвратительное извращение истины и самое явное выступление против Бога.

    Таковой, на мой взгляд, является система правления в Вавилоне (о котором говорится в книге Откровение), где самым бесстыдным образом ссылаются на имена достойнейших и в то же время умалчивают о бесчестных поступках и коварных целях, где, провозглашая себя слугами из слуг, на самом деле подавляют совесть самым насильственным образом, какой только можно себе представить.

    В то же самое время бытовала теория воли совершенства, но наряду с этим существовала система отпущения грехов и прощение прегрешений за определенную плату. И какой злой проступок не может быть куплен? какое зло не может быть искуплено за мзду, даваемую тому, что зовется церковью?

    Подобную систему следует осудить как фактическое отречение от Бога в церкви и как установление человека на его месте под теми предлогами, которые делают Бога виновником своего собственного бесславия, как будто Святой Дух скрепил печатью права Христа за людьми, провозглашающими себя наследниками даров славы тех двенадцати апостолов, из которых не все двенадцать обладали этими дарами, и нет намека на то, что кто-либо вообще обладал его силой.

    Конечно, нет необходимости вникать более подробно во все это. И я не собираюсь здесь читать лекцию о католицизме, а хочу показать причину того, почему католицизм на словах проповедует святость, а в действительности являет нечестие, характеризующее Рим и называемое «Вавилоном». Может возникнуть вопрос: почему христианин, истинно верующий в Господа Иисуса и сохраняющий в неприкосновенности плоды дела Христа, в ком обитает Дух Бога, может быть причастным к Вавилону или даже явить его дух, его существенный духовный элемент?

    В том, что были чада Бога, пойманные в ловушку в Вавилоне, не может возникнуть сомнений у тех, кто знаком с ранним средневековьем или даже с более поздними событиями. Среди чад Бога были священники, монахини, монахи, кардиналы и попы. Иными словами, были личности, которые своими делами и своими сочинениями показывали, что они рождены от Бога.


    «Я взыщу с Израиля за преступления его, взыщу и за жертвенники в Вефиле,
    и отсечены будут роги алтаря, и падут на землю» (Ам.3:14)

    Мне это вовсе не кажется причиной для своеволия, а, скорее, самым серьезным предупреждением, потому что это со всей очевидностью доказывает, насколько грешной может быть душа, обращенная к Богу. Ничто не может быть более неверным, чем утверждение о том, что католицизм совсем уж плохое учение, ведь его исповедовали христиане.

    Скорее, скажем обратное: посмотрите на яму, в какую может угодить христианин! Посмотрите на то плачевное положение, в каком может оказаться христианин, поддавшись человеческому преданию и отказавшись использовать Слово Бога для суждения обо всем! Итак, по-моему, не может быть никаких сомнений в том, что поскольку католицизм является величайшим религиозным обманом на свете, то могут быть и чада Бога, угодившие в его сети, и не просто недостойные и сомнительные христиане, но, возможно, занимающие высокое положение в католицизме.

    Я не сомневаюсь, что папы Лев и Григорий, оба считающиеся великими, были христианами; и я вовсе не хочу внушать вам, что они были единственными, которых можно было бы посчитать святыми и братьями в Господе. Мое знакомство с их личной историей вовсе не минутное дело; я знаю их достаточно хорошо, и могу с готовностью признать, что среди них могли быть христиане.

    Это смиряет душу и очень полезно для нее, потому что показывает, к какому ужасному падению может привести христианина неверие. Очевидно, что любой может попасть в сети неверия, особенно одержимый какой-то истиной - мнимой истиной. От одной вещи, я убежден, личность, рожденная от Бога, должна оберегаться, по крайней мере, не должна поддерживать то, что непосредственно разрушает славу личности Христа.

    Однако хотя папство свершило самые ужасные преступления, как в теории, так и на практике, все же, благодаря Богу, его представители никогда не отступали от тех основополагающих истин, в которых душа нуждается для оправдания пред Богом. Папство в достаточной мере определилось со всем этим.

    Недавно я читал богословскую книгу на латинском языке, которую с любопытством просмотрел; это современное, вполне компетентное произведение, отчасти потому, что издано в Америке римским архиепископом. И я был немало удовлетворен, почувствовав, какое это жалкое учение, когда обнаружил гораздо большую прочность основания истины Бога в этой книге, чем во многих протестантских книгах нашего времени - например, в одном из произведений, сильно осуждаемых за слабость учения и ересь в «Заметках Барнеса по поводу Нового Завета», весьма популярной книге.

    Я уверен, что они были изданы в Великобритании различными издателями, которые слыли правоверными. Но этот папский епископ был совершенно прав, потому что Барнес отрицает вечное сыновство Христа; и хотя я с сожалением выражаю сомнение по поводу личного спасения этого автора (мы ничего не можем поделать с тем, что принадлежит Богу), я, не колеблясь, назову доводы протестантского комментатора необоснованными и оправдаю архиепископа Ф. П. Кенрика в его осуждении этого.

    Опять-таки, кому неизвестно, что многие допускают до себя нечистые мысли насчет человеческой сущности Христа, с чем папство совершенно не согласно? Нечто подобное ирвингизму было бы осуждено канонами, принятыми папством, не меньше, чем арианство и, конечно же, унитарианство, представляющие собой лишь другое название неверия.

    Таким образом, какое бы заблуждение ни коснулось непосредственно личности или сущности Христа, оно встретило бы решительное сопротивление со стороны богословов Рима. Следует благодарить Бога, так как Он сохраняет в неприкосновенности основу благодати для множества душ, населяющих этот мир и втянутых в эту систему.

    Ибо несомненно, что поскольку такие ошибки имеют место, то они неизбежны. Всякий, отрицающий высшую божественность Христа или его исполненную совершенства человеческую природу, в высшей степени повинен в сопротивлении Богу, который отдал своего Сына в безграничной любви к людям и послал Духа для подтверждения и свидетельства своей славы.

    На этот счет нет ничего противоречивого в вере сторонников Афанасия. Я считаю это чрезвычайно логичным, хотя и не считаю, что было бы правильным согласиться с этим. Я давно покончил с защитой человеческих догм, какими бы прекрасными они ни были.

    В то же время, не желая связывать себя с человеческими определениями веры, я придерживаюсь того мнения, что, представленное лишь как изложение истины относительно человеческой и божественной сторон в личности Христа, это определение замечательно, хотя, возможно, и слишком схоластично по форме. Но как протест против осуждающих высказываний все это весьма ошибочно.

    Ибо наш Господь сам говорит: «Кто будет веровать, и креститься, спасен будет». Разве вера сторонников Афанасия идет дальше этого? Несомненно, некоторые, желающие покончить с этой верой, признают это; мне же печально думать, что они не идут дальше, но если это так, то мне кажется, что они спотыкаются о что-то незначительное.

    После такого отступления от темы, которое, возможно, не столь своевременно и не столь полезно и вызвано объектами, подлежащими осуждению, мы опять возвращаемся к нашему пророчеству. Мы видели великий принцип, справедливый в отношении, как отдельной личности, так и целого народа, а также христианства, равно как и Израиля, состоящий в том, что Бог являет справедливый суд по мере близости к нему и дарованным привилегиям.

    И напрасны жалобы неверующих; ибо именно такова справедливость, и таковой она должна быть. Чем больше внимания вам оказано, тем большая ответственность налагается на вас. Именно поэтому Бог так много востребовал от Давида за его грех. Даже среди народа Бога встречается много других, виноватых не меньше чем Давид, но никто из них никогда не подвергался таким испытаниям, каким подвергался он!

    Ибо не только он сам был наказан за свои грехи, но и сполна досталось членам его семьи, однако, несмотря на свои ужасные грехи, он являл редчайшую среди людей веру и преданность, какие когда-либо выказывали люди ветхозаветной эпохи. Очевидно, что Бог действовал по отношению к нему на основе того же самого принципа, что и по отношению ко всей этой нации.


    «Вас признал Я из всех племен земли, потому и взыщу с вас за все беззакония ваши» (Ам.3:2)

    Невероятно, чтобы тот, кому было оказано такое же благоволение, как Давиду, тем не менее, на практике потерпел такое же крушение, но не своей веры, а чистоты совести, и был справедливо наказан, понеся наказание сам и навлекши наказание на свое семейство.

    Это особенно важно для нас, потому что среди всех людей христиане обладают самыми высокими привилегиями и, следовательно, в случае неверности подвергаются самому суровому наказанию. 

    Благодать и истина никогда не раскрывались в такой полной мере, как с приходом нашего Господа Иисуса Христа; никогда прежде не было такого состояния мира и свободы, на какое мы имеем теперь право благодаря евангелию, - мира, и сыновства, и близости к Богу благодаря разорвавшейся завесе, не говоря уже о жизни и нетленности, обращенных к свету.

    Что же касается последнего, то ветхозаветные святые тоже были возвращены к жизни, и они обретут нетленность, о чем едва ли нужно говорить. Они обрели новую жизнь, как и мы; они обретут нетленность в неменьшей степени, чем мы с приходом Христа. Но теперь эти благословения "освещены"; теперь нет завесы; для нас мрак и неуверенность рассеялись. Для верующих теперь все приведено к своему исходу.

    Человек признан виновным у креста. И снова Бог дал нам понять, что Он значит в любви и свете. Следовательно, в такой день, как этот, никаких сомнений и вопросов не должно быть в душе верующих в Слово Бога. А что ждет человека в рамках христианства? Еще большее наказание ждет людей в конце христианского мира, чем во времена кризиса Израиля.

    Есть еще один важный момент, на котором я снова должен остановиться. Надежда на особое освобождение, достойное всех святых, является весьма призрачной для Великобритании, которая, играя свою роль в ужасной трагедии упадка, также не останется безнаказанной. Но есть еще кое-что более интересное, о чем следует сказать. Бог, который будет справедливо наказывать, поступает милосердно.

    Он не смягчает наказание, не отменяет его своим милосердием, но являет милость прежде наказания, чтобы спасти от кары тех, кто покорен ему. Мы никогда не должны смешивать эти две вещи. Смешивая таким образом милосердие и наказание, мы никогда не сможем понять все правильно; вы даже можете поплатиться уверенностью в то, что вы христианин, и не сможете надеяться обрести покой в душе.

    И наказание, и милосердие должны сами по себе быть явлены во всей своей сути и в полной мере - без каких-либо препятствий для них. Милосердие вмешивается, чтобы избавить от наказания тех, кто верит; наказание же обрушится на тех, которые через неверие становятся непокорными. Поэтому здесь Бог предостерегает свой народ через пророка. Он объяснил им этот нравственный принцип; теперь Он дает им познать свои пути в ясных и коротких притчах или сравнениях.

    «Пойдут ли двое вместе, не сговорившись между собою? Ревет ли лев в лесу, когда нет перед ним добычи? подает ли свой голос львенок из логовища своего, когда он ничего не поймал? Попадет ли птица в петлю на земле, когда силка нет для нее? Поднимется ли с земли петля, когда ничего не попало в нее?»

    Во-первых, какая связь может быть здесь между Богом и его народом в тогдашнем их положении? Зачем следуют намеки на то несчастье, которое уготовлено для них; рев льва, почуявшего свою добычу, западня для птицы, громкие возгласы предупреждений беззаботному народу - все это указывает на такую связь.

    «Трубит ли в городе труба, - и народ не испугался бы? Бывает ли в городе бедствие, которое не Господь попустил бы?» Это не бедствие духовного характера: Бог никогда не делает ничего подобного. Невозможно, чтобы Бог был искушаем бедствиями в этом смысле слова, не искушает Он и людей. Но под бедствием здесь и в других отрывках подразумевается исполнение приговора, что само по себе имеет большое значение, поскольку именно Бог действует здесь.

    Столько было сказано по поводу этой фразы, что можно с уверенностью ожидать большего ее объяснения. Само выражение «Бывает ли в городе бедствие?» указывает на то, что здесь не имеются в виду человеческая душа или жизнь. «Бедствие в городе» означает мор, плен или какое-либо другое ужасное наказание, обрушившееся на него. Вот все, что имеется здесь в виду.

    В данном отрывке говорится о наказании Богом, как о грядущем бедствии, и оно потому является ужасной карой, навлеченной на город. Ведь именно Бог свершил это. Другие могли бы искать вторичные причины, но нет ничего, к чему бы Он не был причастен. Как считает высочайший авторитет - сам Господь Иисус Христос, - даже воробей не может упасть на землю без ведома нашего Отца; так как же наказание, охватившее город, может иметь место без его ведома?

    Итак, поскольку Он творит все, то и ведает обо всем; а поскольку Он знает, то и передает обо всем, что предстоит испытать, тем, кто слушает его уста и ставит в известность других о его намерении. «Ибо Господь Бог ничего не делает, не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам». Теперь христиане стоят на этой удивительной основе, поскольку они заняли положение не только священников, но и пророков.

    Под этим последним качеством я имею в виду не способность предсказывать абсолютно все, а тот факт, что христианину было милосердно дозволено постичь тайну о том, что Бог собирается сделать. Это - провозглашенная привилегия учеников Христа (Иоан. 15, 15), и апостолы относят это к христианам вообще (1 Кор. 2, 10-16; 2 Петр. 3, 17).

    Можем ли мы теперь питать какие-либо сомнения и являть неуверенность? Под этим я вовсе не имею в виду, что мы не можем быть испытаны обстоятельствами повседневной жизни или требованиями долга, особенно в служении Господу.


    «Вот Я, говорит Господь Бог Саваоф, воздвигну народ против вас, дом Израилев, и будут
    теснить вас от входа в Емаф до потока в пустыне» (Ам.6:14)

    Но испытание веры - одно, а неуверенность - другое. Каждый настоящий христианин, прежде всего, должен трезво смотреть на свою собственную душу, трезво оценивать свои поступки в настоящем и в прошлом, и нисколько не сомневаться в будущем; иметь ясное и чистое представление как о чадах Бога с их надеждами, так и по отношению ко всему в мире. 

    Несомненно, некоторые могут быть наделены свыше правом оказывать более сильное воздействие в этом плане; но именно христианин имеет привилегию знать заранее и быть, являя при этом покорность Богу, уверенным, что Он поможет ему. Именно это я понимаю под обладанием способностью пророчествовать.

    Это все что угодно, только не предъявление прав на новые откровения; это, поистине, положение того, кто верит в откровение Бога, кто принимает написанное им Слово как то, чего он склонен держаться, с любовью исповедуя его как единственный источник божественной истины и единственный образец. Несомненно, это имеет очень важное значение, поскольку, находясь в положении священников, мы становимся ближе к Богу, а в своем положении пророков мы намереваемся стать свидетелями истины Бога еще до того, как наступит время всему миру также познать ее.

    Вскоре мир в горькой печали будет вынужден узнать, насколько правдиво Слово Бога, которое он презирал; люди почувствуют силу Слова Бога через наказание, которое Он исполнит, через бедствие, которое Он нашлет не только на один какой-то город, но на весь мир в различной, но справедливой мере.

    Христианин должен знать обо всем этом заранее. «Если так все это разрушится, то какими должно быть в святой жизни и благочестии вам...» - говорит апостол Петр. Вовсе неправильным было бы для христианина ждать, пока исполнятся все предсказания, и только тогда поверить в них. Вся суть его веры заключается в том, если уж о ней говорить, чтобы верить предсказаниям наперед.

    Когда этот мир не сможет не подчиниться их истине, когда не будет больше вопроса о том, поверят ли им люди, а речь будет идти только об их наказании за прежнее неверие и их крушение, когда кары Бога обрушатся на землю и население этого мира познает правду, то будет слишком поздно для тех, кто насмехался над именем Христа и христианскими привилегиями.

    Будет слишком поздно, когда давно нависший приговор обрушится на всех виновных. Сила, мир, покой заключаются в приятии истины Бога до того, как все будет явлено человеку; в этом заключается великое благословение души, через это достигается слава Бога. Поэтому мы и должны обратить внимание на то, о чем говорит пророк Амос именно здесь.

    «Лев начал рыкать, - кто не содрогнется? Господь Бог сказал, - кто не будет пророчествовать? Провозгласите на кровлях в Азоте и на кровлях в земле Египетской и скажите: соберитесь на горы Самарии». Бог оставит их беззащитными перед лицом их соседей, близких или дальних, Он пригласит тех с высот взглянуть на бесчинство в Самарии и на притеснения среди нее.

    Они погрязнут в своих грехах и будут творить лишь насилие и притеснения в своих чертогах. Затем мы узнаем об их бедствии и о том, что должно последовать за ним. «Посему так говорит Господь Бог: вот неприятель, и притом вокруг всей земли! он низложит могущество твое, и ограблены будут чертоги твои».

    Итак, из этой могущественной и гордой нации спасены будут только немногие израильтяне, спящие в углу постели и на ложе. «Как иногда пастух исторгает из пасти львиной две голени или часть уха (Некоторые полагают, что исторгнутые кусочки имеют какое-то особое значение: они означают то, что мы слышим слово. Мне же подобное определение здесь кажется более чем сомнительным.

    Мне кажется, что они означают останки того, что было полностью разрушено, хотя, возможно, они могут означать нечто большее для спасенного остатка израильтян), так спасены будут сыны Израилевы, сидящие в Самарии в углу постели и в Дамаске на ложе». 

    Возможно, Дамаск сам является ярким образом ложа. Бог не позволит произойти полному истреблению своего народа. Он допустит крайнюю меру наказания за их грехи, но Он сохранит остаток израильтян, из которых силой своей благодати возродит сильную нацию. Такова участь, уготовленная Израилю.

    У. Келли



    «Слушайте слово сие, которое Господь изрек на вас, сыны Израилевы, на все племя, которое вывел Я из земли Египетской, говоря: только вас признал Я из всех племен земли, потому и взыщу с вас за все беззакония ваши. Пойдут ли двое вместе, не сговорившись между собою?

    Ревет ли лев в лесу, когда нет перед ним добычи? подает ли свой голос львенок из логовища своего, когда он ничего не поймал? Попадет ли птица в петлю на земле, когда силка нет для нее? Поднимется ли с земли петля, когда ничего не попало в нее? Трубит ли в городе труба, - и народ не испугался бы? Бывает ли в городе бедствие, которое не Господь попустил бы?

    Ибо Господь Бог ничего не делает, не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам. Лев начал рыкать, - кто не содрогнется? Господь Бог сказал, - кто не будет пророчествовать?

    Провозгласите на кровлях в Азоте и на кровлях в земле Египетской и скажите: соберитесь на горы Самарии и посмотрите на великое бесчинство в ней и на притеснения среди нее. Они не умеют поступать справедливо, говорит Господь: насилием и грабежом собирают сокровища в чертоги свои.


    «Ударь в притолоку над воротами, чтобы потряслись косяки, и обрушь их на головы всех их, остальных
    же из них Я поражу мечом: не убежит у них никто бегущий и не спасется» (Ам.9:1)

    Посему так говорит Господь Бог: вот неприятель, и притом вокруг всей земли! он низложит могущество твое, и ограблены будут чертоги твои. Так говорит Господь: как иногда пастух исторгает из пасти львиной две голени или часть уха, так спасены будут сыны Израилевы, сидящие в Самарии в углу постели и в Дамаске на ложе.

    Слушайте и засвидетельствуйте дому Иакова, говорит Господь Бог, Бог Саваоф.Ибо в тот день, когда Я взыщу с Израиля за преступления его, взыщу и за жертвенники в Вефиле, и отсечены будут роги алтаря, и падут на землю. И поражу дом зимний вместе с домом летним, и исчезнут домы с украшениями из слоновой кости, и не станет многих домов, говорит Господь» (Ам.3:1-15).


    1 2 3 4 5 6 7 8 9              
















    Категория: ТОЛКОВАНИЯ ПРОРОКОВ | Добавил: admin (24.09.2016)
    Просмотров: 256 | Рейтинг: 5.0/2