Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
ОТКРОВЕНИЯ О НАКАЗАНИИ [164]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » 2. ВАВИЛОНСКИЙ ПЛЕН » ОТКРОВЕНИЯ О НАКАЗАНИИ

    Штрикер - Как только поп разбогател, в своих мечтах безмерно смел
    Штрикер

    Штрикер (XIII в.) - странствующий поэт, проявил себя в различных литературных жанрах. Его самым значительным созданием, оставившим глубокий след в истории немецкой литературы, является сборник веселых, насмешливых шванков «Поп Амис». Повествуя о похождениях Амиса, Штрикер изображает различные стороны европейской жизни XIII в.

    Поэт осмеивает алчность высшего католического клира, кичливость феодальных кругов, средневековые суеверья, схоластические мудрствования и т. п. При этом из всего умеет извлечь для себя пользу смышленый Амис. Книга Штрикера представляет собой апофеоз смекалки, находчивости и лукавства, этих новых бюргерских добродетелей, ведущих человека по пути материального успеха.

    В мире плутовства Амис чувствует себя столь же легко и уверенно, как герои куртуазных романов чувствовали себя в мире рыцарских авантюр.



    «И не стало истины, и удаляющийся от зла подвергается оскорблению. И Господь
    увидел это, и противно было очам Его, что нет суда» (Ис.59:15)


    Поп Амис

    «Как только поп разбогател,
    В своих мечтах безмерно смел,
    Он возымел стремленье
    Без устали, без лени
    Богатства большего добиться.

    И к Каролингам быстро мчится
    На скакуне наш поп Амис.
    Огни Парижа вдруг зажглись
    Пред ним. Вошел он в тронный зал
    И прямо королю сказал:
    «Коль помощь вам нужна моя,
    Помочь вам буду счастлив я». Король изрек: «Мы знать
    должны, В каком искусстве вы сильны».
    «Я так рисую, - поп в ответ, - Что труд мой хвалит целый свет.
    Я изобрел, признаюсь вам,
    Искусство рисованья сам.

    Лишь я один владею им -
    Оно неведомо другим.
    Отлично я б нарисовал
    И ваш дворец, и этот зал,
    Нарисовал бы рад картин,
    Каких не видел ни один
    Из смертных. Только прикажите, -
    Я покажу их вам и свите,
    Чтоб каждый рыцарь благородный
    И дама, если им угодно,
    Могли их видеть. Пусть на миг
    К ним подойдет дитя, старик,
    Пусть будет честен и умен,
    И добр, и простодушен он, -
    Удастся увидать картину
    Такой лишь дочери иль сыну,
    Что в честном браке рождены
    От мужа и его жены.
    Кого ж бесчестит их рожденье,
    Те ничего в моем творенье,
    Клянусь, вовек не разберут.

    И, коль угоден вам мой труд,
    Я буду счастлив мастерство
    Открыть искусства моего».
    «Охотно», - властелин сказал.
    Потом в великолепный зал,
    Где был высокий белый свод,
    Правитель мастера ведет,
    Велит все осмотреть, измерить,
    Чтоб мог король расчет проверить:
    Во сколько обойдется дело,
    Коль зал распишет он умело.

    И поп Амис сказал тотчас:
    «Король мой, так возносят вас,
    Так хвалят жизненный ваш путь,
    Что вьщать мне каких-нибудь
    Три тысячи решитесь вы.
    К тому ж, поверьте мне: увы,
    Они покроют лишь расход -
    И грош в карман мой не пойдет».
    Король сказал: «Клянусь - я вам,
    Коль захотите, больше дам,
    Лишь только б стоил труд награды.



    «И будут смерть предпочитать жизни все остальные, которые останутся от этого злого
    племени во всех местах, куда Я изгоню их, говорит Господь Саваоф» (Иер.8:3)


    Но буду строг - немедля надо
    Работу вам начать свою:
    Я даром денег не даю!»
    И весело ответил поп:
    «Согласен я, но только чтоб,
    Пока я все не распишу,
    Никто - я вас о том прошу –
    Не заглянул ни разу в зал.

    Коль будет все, как я сказал,
    Так в шесть недель или
    быстрей Заказ исполню. У дверей
    Велите вывесить приказ, -
    За роспись я возьмусь тотчас».
    «Все будет так, - король
    в ответ,
    Как вы сказали, спору нет.
    Заприте двери на запор,
    Двум часовым - нести дозор,
    Чтоб до меня моих картин
    Вассал не видел ни один.

    На шесть недель я удалюсь
    И вновь с придворными вернусь.
    Когда приеду я домой,
    То обещаю, мастер мой,
    Что каждый рыцарь, как я сам,
    Вручит свою награду вам,
    Едва приблизится к картине.
    Коль буду я здоров, как ныне.

    Все те, над кем я властелин,
    Прибудут на осмотр картин,
    Чтоб каждый был осведомлен,
    В законе ль он святом рожден
    И отберу я лен у тех,-
    Бог видит! - чье зачатье грех».
    Король дворец оставил,
    Со свитой путь направил
    Далеко, вглубь страны спеша
    А поп, с собою взяв пажа,
    Чтоб был помощник под рукой,
    Пошел расписывать покой.

    Я вам скажу, как начал он:
    Велел ряды больших окон
    Закрыть, позволив одному
    Пажу остаться своему.
    Всем прочим запрещен был вход.
    Вино и рыбу, мясо, мед
    И все, в чем поп нуждаться мог,
    В покой внесли на долгий срок.
    А что ж он делал целый день?
    Сидел, лежал, бродил, как тень,
    Но двери в зал не открывал,
    Хотя совсем не рисовал.

    Так срок прошел, и наконец,
    Король вернулся во дворец.
    По королевскому веленью,
    Хотя не без сопротивленья,
    С ним рыцари вошли толпою –
    Все те, кого он взял с собою,
    С кем говорил, в пути
    встречая, - Ну, словом, свита пребольшая.
    Тут мастер наш покинул зал
    И, встретив короля, сказал
    Любезно: «Вам открыт мой труд,
    Но рыцари пусть подождут,
    Пока все покажу я вам –
    Согласно вашим же словам».



    «Горе тебе, опустошитель, который не был опустошаем, и грабитель, которого не грабили! Когда кончишь
    опустошение, будешь опустошен и ты; когда прекратишь грабительства, разграбят и тебя» (Ис.33:1)


    Король был рад, и дверь в покой
    Закрыл он собственной рукой.
    Потом, весельем окрылен,
    Взор устремил на стены он:
    Там нет рисунков никаких,
    И оттого король на них
    Не видит ровно ничего.

    Так это потрясло его,
    Что он упал на светлый пол
    И взором весь покой обвел.
    Тут в большую тоску он впал...
    В том, что расписан был весь зал,
    Король поклясться бы решился.
    «Да, чести я вдвойне лишился
    (Так он подумал про себя),-
    Честь матери своей сгубя:
    Сказав, что нет здесь ничего,
    Я тем, кто больше моего
    Увидит, буду обвинен,
    Что вне закона я рожден.

    Я слеп, не вижу ни штриха, -
    Ужель я впрямь дитя греха?
    Нет, лучше, правду утая,
    Скажу, что роспись вижу я,
    Это честь мою спасет.
    Цо сердце давит тяжкий гнет:
    Ведь рыцари, пажи и дамы
    Увидят живопись и рамы, -
    Не вижу ничего лишь я...

    О жалкая судьба моя!»
    Король спросил: «Скажите мне,
    Мой славный мастер, - на стене
    Изображен, какой сюжет?»
    «То царь Давид, - гласил
    ответ, - И Соломон, Давидов сын.

    Авессолом, с кем властелин
    Затеял встарь великий спор,
    Вот здесь бежит во весь опор.
    Длинноволос, он на скаку
    Повис кудрями на суку.
    Окиньте эти стены взглядом.
    Здесь Александр Великий рядом: -
    Как Дария он победил,
    Как Пора в Индии разбил,
    И все, что он свершил, тут есть.
    А дальше видно, ваша честь
    Как управлялся Рим великий,
    Какие были там владыки.
    .. 

         1 2          


















    Категория: ОТКРОВЕНИЯ О НАКАЗАНИИ | Добавил: admin (03.07.2016)
    Просмотров: 399 | Рейтинг: 5.0/1