Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
ГЛАВНАЯ [9]
БОЖЬИ ПРОРОКИ В РОССИИ [15]
ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ [86]
ПИСАТЕЛИ ПРОРОКИ [7]
ПРОРОЧЕСТВА ПИСАТЕЛЕЙ [71]
ИНОСТРАННЫЕ ПРОРОЧЕСТВА [20]
ИСКАЖЕНИЕ ПРОРОЧЕСТВ [10]
ВЫСКАЗЫВАНИЯ О РЕВОЛЮЦИИ [78]
СООРУЖЕНИЕ ЦЕРКВЕЙ В СССР [30]
БОЖЬИ ПАСТЫРЯ В СССР [50]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » 3. ВАВИЛОНСКИЙ ПЛЕН » ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ

    Пророчества епископа Феофана Затворника. 1 часть

    Епископ Феофан Затворник 

      

    (Георгий Васильевич Говоров;  8 января 1815 — 6 января 1894) — епископ; богослов, публицист, проповедник.

    Указывал о самодержавной России: «Сатана все полчища свои напустил на Россию, потому что одна только она и есть держава, держащая истину... И вот видим, какие шибкие он имеет среди нас успехи!»

     «Современное русское общество превратилось в умственную пустыню. Серьезное отношение к мысли исчезло, всякий живой источник вдохновения иссяк... Самые крайние выводы самых односторонних западных мыслителей смело выдаются за последнее слово просвещения…

    Сколько знамений показал Господь над Россией, избавляя ее от врагов сильнейших и покоряя ей народы! И, однако ж, зло растет. Ужели мы не образумимся? Западом и наказывал и накажет нас Господь, а нам все в толк не берется. Завязли в грязи западной по уши, и все хорошо. Есть очи, но не видим, есть уши, но не слышим, и сердцем не разумеем… Вдохнув в себя этот адский угар, мы кружимся, как помешанные, сами себя не помня».


    «Сатана все полчища свои напустил на Россию, потому что одна только она и есть держава,
    держащая истину... И вот видим, какие шибкие он имеет среди нас успехи!»

    «Господь много знамений показал в Капернауме, Вифсаиде и Хоразине; между тем, число уверовавших не соответствовало силе знамений. Потому-то Он строго и обличил эти города и присудил, что в день суда отраднее будет Тиру и Сидону, Содому и Гоморре, нежели городам тем. По этому образцу надо нам судить и о себе.

    Сколько знамений показал Господь над Россией, избавляя ее от врагов сильнейших и покоряя ей народы! Сколько даровал ей постоянных сокровищниц, источающих непрестанные знамения, - в св. мощах и чудотворных иконах, рассеянных по всей России! И, однако ж, во дни наши россияне начинают уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне падает в неверие, другая отпадает в протестантство, третья тайком сплетает свои верования, в которых думает совместить и спиритизм, и геологические бредни с Божественным Откровением…».

    «Благовествование и проповедь не есть не только первый, но и хоть бы какой-нибудь долг всякого верующего. Первый долг верующего — очистить себя от страстей».

    «Если у нас все пойдет таким путем, то что дивного, если и между нами повторится конец осьмнадцатого века со всеми его ужасами? Ибо от подобных причин подобные бывают и следствия».

    «У нас материалистические воззрения все более и более приобретают вес и обобщаются. Силы еще не взяли, а берут. Неверие и безнравственность тоже расширяются. Требование свободы и самоуправства — выражается свободно. И вот выходит, что и мы на пути к революции!.... Кто виноват в этом? Правительство. Оно позволило. Следовательно, кому следует всё это пресечь? Правительству».

    «Поднялось скрытое гонение на христианство, которое стало прорываться и явно, как недавно в Париже. Что там сделалось в малом объеме, того надобно ожидать со временем в больших размерах... Спаси нас, Господи!»

    «Нас увлекает просвещенная Европа... Да, там впервые восстановлены изгнанные было из мира мерзости языческие; оттуда уже перешли они и переходят и к нам. Вдохнув в себя этот адский угар, мы кружимся, как помешанные, сами себя не помня. Но припомним двенадцатый год: зачем это приходили к нам французы?

    Бог послал их истребить то зло, которое мы у них же переняли. Покаялась тогда Россия, и Бог помиловал ее. А теперь, кажется, начали уже забывать тот урок. Если опомнимся, конечно, ничего не будет; а если не опомнимся, кто весть, может быть, опять пошлет на нас Господь таких же учителей наших, чтобы привели нас в чувство и поставили на путь исправления. Таков закон правды Божией: тем врачевать от греха, чем кто увлекается к нему. Это не пустые слова, но дело, утверждаемое голосом Церкви».

    «Если не опомнимся, пошлет на нас Господь иноземных учителей, чтобы привели нас в чувство… Выходит, что и мы на пути революции. Это не пустые слова, но дело, утверждаемое голосом Церкви. Ведайте, что Бог поругаем не бывает».

    «Зло растет, зловерие и неверие поднимают голову,… Что ж, сидеть сложа руки? Нет! Молчащее пастырство – что за пастырство? Нужны жаркие книги, защитительные против всех злостей. Следует нарядить писак и обязать их писать… Надо свободу замыслов пресечь… Неверие объявить государственным преступлением. Материальные воззрения запретить под страхом смертной казни!».

    «Следует наказать нас: пошли хулы на Бога и дела Его гласные. Некто писала мне, что в какой-то газете «Свет» № 89 напечатаны хулы на Божию Матерь. Матерь Божия отвратилась от нас; ради Ее и Сын Божий, а Его ради Бог Отец и Дух Божий. Кто же за нас, когда Бог против нас? — Увы!»

    «Как развратился Запад? Сам себя развратил: стали вместо Евангелия учиться у язычников и перенимать у них обычаи — и развратились. То же будет и у нас: начали мы учиться у отпадшего от Христа Господа Запада, и перенесли в себя дух его, кончится тем, что, подобно ему, отшатнемся от истинного христианства. Но во всем этом ничего нет необходимо определяющего на дело свободы: захотим, и прогоним западную тьму; не захотим, и погрузимся, конечно в нее».

    «В школьное воспитание допущены нехристианские начала, которые портят юношество; в общество вошли нехристианские обычаи, которые развращают его по выходе из школы. И не дивно, что, если по слову Божию и всегда мало избранных, то в наше время оказывается их еще меньше: таков уж дух века – противохристианский! Что дальше будет?

    Если не изменят у нас образ воспитания и обычаев общества, то будет все больше и больше слабеть истинное христианство, а наконец, и совсем кончится; останется только имя христианское, а духа христианского не будет. Всех преисполнит дух мира».


    «Всякая страсть идол. И всякое пристрастие к чему-либо, хоть и не грешному, тоже на идолослужебной
    части находится… Присматривайтесь и не щадите. Чревонеистовство самый безобразный идол…»

    «Того и гляди, вера наша совсем испарится - епископы и попы всюду спят….».

    «Себя пожаление идет заодно с самоугодием и вообще с самолюбием и есть корень всех послаблений, опущений, равнодушия и беспечности. Слыхали вы фразу: живущий в нас грех? — Вот он-то и есть саможаление, со свитою его. Если будете поблажать ему хоть иногда, то это всегда будет как параличом разбивать всякое предшествовавшими трудами стяжанное добро».

    «Кто затыкает ухо свое от вопля бедного, тот и сам будет вопить, - и не будет услышан» (Прит. 21,13). А мы часто дивимся отчего Бог не слушает молитв наших? Оттого что бывали, верно, случаи, когда мы затыкали уши свои от речей, которыми умаливал нас нуждающийся».

    «Мы видим на земле ожесточенных во зле; такими же они могут остаться и вне земли, а потом и навсегда. Когда придет всему конец - а ему прийти неизбежно,- куда девать этих ожесточившихся во зле?»

    «Борьба со страстями обща всем… и длится всю жизнь. Самая жаркая борьба занимает средину жизни духовной. Начинается вместе с обращением души к Богу и разгорается… Потом стихает…».

     «Человек, истинно верующий, не должен колебаться в выборе между верой и отчизной. Вера должна взять вверх, а отчизна должна быть принесена в жертву уже потому, что всякое государство земное есть явление преходящее, а душа моя и душа ближнего моего вечны, и Церковь тоже вечна. Жила Церковь долго без России, и если Россия станет недостойна, – Вечная Церковь найдёт себе новых и лучших сынов».

     «Монашество все сильнее отклоняется от своего пути. Однако Диаволу и такое искушённое и ослеплённое монашество не нравится, ибо пробуждает ростки совести. Монашеством держится весь мир. Когда монашества не станет, тогда грянет Страшный суд, тогда не все, кто в миру погибнут, но никто в монастырях не спасётся, ибо тайное монашество будет угоднее Бога, чем явное, но лживое».

    «Дух миролюбцев еще ведом: это - дух самости, гордыни, интересанства, всестороннего наслаждения и чувственности. Но приложение этого духа, закон и правила мира так шатки, неопределенны, изменчивы, что никто не может поручиться, чтобы завтра в мире не начали считать недобродетельным того, чем ныне восхищаются.

    Обычаи мира текут, как вода, и правила его для одежды, речей, встреч, соотношений, стоянья, сиденья, вообще касательно всего непостоянны, как движение воздуха: ныне так, а завтра не весть откуда налетит мода и все переворотит. Мир есть сцена, на которой сатана издевается над бедным человечеством, заставляя его вертеться по мановению своему, подобно обезьянам или куклам в балаганах, заставляя его считать чем-то ценным, важным, существенно необходимым то, что само по себе мелочно, ничтожно, пусто.

    И все заняты этим, все - и малые, и большие, не исключая и тех, которые и по происхождению, и по воспитанию, и по положению своему в свете могли бы, кажется, свое время и труды употреблять на что-нибудь лучшее, чем все эти призраки».

    Феофан Затворник обращался к протоиерею Николаю Ф. со следующими словами: «Вы справедливо скорбите о сокращении приходов и закрытии церквей. Что делать? Будем Богу молиться, да пощадит Господь Св. Церковь Свою. А поделать ничего не поделаем...

    Слабеет вера. В иных местах, не шутя, берутся поджигать ее... Что-то с этою целию состроилось в Саратове... Заводится общество и во Владимире. Но лиц действующих нет... Соберут деньжонок, накупят книжек и станут раздавать даром, или продавать по дешевой цене. Вот и все. Мертво. Живых действователей нет. И общества не принесут ожидаемой пользы. Поджигатели должны сами гореть. Горя, ходить всюду, - и в устной беседе зажигать сердца... Вот что потребно! А где это возьмем?.. Опять только молиться остается к Подателю всяких даров».

    Феофан Затворник обличал спиритические настроения, распространённые в то время среди религиозных лиц:  «В газетах печатали, что какие-то молодцы просят разрешить существование некоего идеалистического общества… Знаете, что это есть? Это спиритское общество. И коноводы - отъявленные спириты. Спиритство есть бесовщина. Следовательно, это общество бесовское, или бесопоклонническое».

    «Спиритизм прямо бесовщина, ничем не прикрытая. Тут осязательна нечистая сила. Кто тут действует, можно судить по явлениям. Да они и сами не скрывают, что суть бесы. И еще что! Говорят, что они только передовые. Мне случилось видеть Евангелие, растолкованное спиритами (каковы толковники?). Тут они и проговорились, что суть только передовые; а вот говорят, придет наш набольший, тогда все яснее будет. Видно, кто этот набольший, и зачем он придет, известно».

    «Во дни наши россияне начинают уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне падает в неверие, другая отпадает в протестантство, третья тайком сплетает свои верования, в которых думает совместить и спиритизм и теологические бредни с Божественным Откровением».


    «У коварного и действования гибельные: он замышляет ковы, чтобы погубить бедного
    словами лжи, хотя бы бедный был и прав» (Ис.32:7)

    Обличал усиливающееся идолопоклонство в российском обществе: «Всякая страсть идол. И всякое пристрастие к чему-либо, хоть и не грешному, тоже на идолослужебной части находится… Присматривайтесь и не щадите. Чревонеистовство самый безобразный идол. С поклонения ему пагуба начинается…».

    Обличал лицемерные отношения, проявляемые в общественной среде: «Дурно, когда все кругом похваливают, а правды никто не скажет. Долго ли запутаться? Поневоле станешь считать себя святым и начнешь читать наставления всем».

    «Справедлива также боязнь прельщения… Бывает мысленная прелесть это самомнение… бывает внешняя это светы, звуки, фигуры какие-нибудь… Плюйте на все сие… Вражье есть».

    «Бойтесь прелести… Надо бояться… Но избегайте коренной прелести, и прочие места не будут иметь. Коренная прелесть есть думать и еще хуже чувствовать, что я нечто, тогда как я ничто. Я называю это самоценом… Вонмите сему и возымейте самоцен сей первым врагом своим. Не давайте ему засесть внутри иначе он сгубит вас… Это апостольский урок: мнящий себе быти что, ничтоже сый, сам себе прельщает (Гал.6, 3)».

    «Из этих трех своевкусия, своеволия и самомнения слагается пагубный дух прелести».

    «Есть дух прелести, который, не знать как, обходит душу лукавством своим и запутывает ее помышления так, что она думает, будто смиренна, а внутри скрывает гордое самомнение. Вот и надобно пристально смотреть в сердце. Лучше всего пригожи тут смирительные внешния отношения».

    «Есть две вещи, которые наводят на нас гнев Божий, тяготящий и теснящий: неприязнь к другим и похоть, а первой бывает большой простор. Извольте потрудиться все, чем обнаруживала она себя в вас, выяснить и положить пресечь без раздумываний, как бы это благовидно ни казалось.

    Неприязнь, вместо людей, обратите теперь на то, чем она в вас обнаруживалась, и извергните то вон. Случалось вам читать или слышать слова Апостола: «Сердце мое распространилось к вам»? Так и распространите и вы свое сердце и за то получите искомое и желаемое».

    «Богатство силу дает богатому, и вообще среди людей, и пред властями, не по своему существу, а по той же немощи любоимания; и богатый, успев обделать одно-другое дело посредством богатства, начинает чувствовать, что богатство — сила, что с ним все можно обделывать и всего достигать; неоднократно повторенный успех располагает его опираться на богатство, а потом — и вполне возуповать на него.

    И стало богатство для него — бог. Вот и пагуба. Ибо таким отношением к богатству внутренний, естеством человеческим требуемый и определяемый, строй извращается: становится во главу, чему следовало быть в ногах. По естеству человеку надлежит в Боге жить и, Ему предав себя, всецело на Него уповать; все же тварное иметь под собою или около себя то как совсем ненужное, то как средство побочное, подспорье. А у богатого это ненужное, ничтожное, подножное стало там, где подобает иметь Единого Бога. И стал он похож на ходящего на голове вверх ногами».

    Феофан Затворник обличал неграмотное духовенство и сам народ, не разумеющее о том, что написано в духовных книгах: «…Новый перевод богослужебных книг неотложно необходим. Ныне - завтра, надобно же к нему приступить, если не хотим нести укора за эту неисправность и быть причиной вреда, который от сего происходит».

    «Народ есть образ человечества, алчущего и жаждущего истины. Когда Господь сказал апостолам: «вы дайте им есть», то этим предуказал им их будущее служение роду человеческому- напитать его истиной. Апостолы исполнили это дело для своего времени; для последующих же времен передали это служение своим преемникам-пастырям.

    И к нынешнему пастырству простирает речь Господь: «вы дайте есть народу вашему». И пастырство должно на совести своей держать обязательство- питать народ истиной. В церкви должна неумолчно идти проповедь слова Божиего. Молчащее пастырство - что за пастырство? А оно много молчит, чрезмерно много. Но нельзя сказать, чтобы это происходило оттого, что нет веры в сердце; Так, одно недоразумение, дурной обычай. Все же, однако, это не оправдывает его».

    «Придет же день Господень, как тать ночью»  (2 Пет.3, 10). Тать в ночи подкрадывается, когда его не ждут. Так и день Господень придет, когда его не ждут. Но когда не ждут Грядущего, то и не готовятся к встрече Его. Чтобы мы не допустили такой оплошности. Господь и заповедал: «Бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш придет» (Мф.24, 42). Между тем, что мы делаем? Бдим ли? Ждем ли? Надо сознаться - нет.

    Смерти еще ждут некоторые, а Дня Господня - едва ли кто. И будто правы: отцы и праотцы наши ждали - и не пришел день. Поскольку не видим ничего, почему бы надо было думать, что он придет в наши дни, то и не думаем о нем, и не ждем. Что удивительного, если при таком нашем состоянии, День Господень ниспадет на нас, как тать? ...Ждем ли, не ждем, день Господень при дет, и придет без предуведомления. Ибо Господь сказал: «Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут» (Мк.13, 31). Но не лучше ли ждать, чтобы не быть застигнутыми врасплох? Ибо это не пройдет нам даром».


    «Как сделалась блудницею верная столица, исполненная правосудия!
    Правда обитала в ней, а теперь - убийцы» (Ис.1:21)

    «Утехи всех сортов удаляют от Царствия, а у нас ныне только и забот, что об утехах, редко душевных, а больше плотских: есть, пить, веселиться, гулять и роскошествовать во всем. Царству сказали: «прошу тебя, извини меня»  (Лк. 14, 18), хоть и в нем пир, и пир царский, какого и на ум никому не придет приготовить, да вкусы у нас не те. Что там считается сладким, то нам горько, что там приятно, то нам противно, что там веселит, то нас тяготит,- разошлись совсем».

    «Отличительная черта лицемерия - делать все напоказ. Действовать на глазах других не есть еще лицемерие, потому что большая часть обязательных для нас дел и должны быть совершаемы для людей, следовательно, среди них и на виду у них. Хоть и лучше поступают те, которые ухищряются все делать тайно, но не всегда это возможно. Потому-то действующих на виду нельзя тотчас укорять в желании быть только замеченными или действовать напоказ. У них может быть искреннее желание делать добро, а то, что это видно другим,- необходимое следствие дел, совершаемых внешне».

    Если же дела есть, а склонностей нет и в зародыше, от этого происходит лживость жизни, которая состоит в том, чтобы казаться, но не быть. Вначале, может быть, и нет этого несчастного настроения в мысли, а потом оно незаметно появляется и определяет собой строй жизни. У того, кто обращает слишком большое внимание на внешнее и пристрастится к нему, ослабевает внимание к сердцу, глохнут духовные чувства и водворяется холодность. На этом уровне замирает духовная жизнь, остается видимость благочестия - без силы его. Поведение внешне исправно, а внутри - все наоборот. Следствие этого духовное бесплодие: совершаются дела, но все они - мертвые».

    В своих изречениях он указывал о распространённом влиянии духов злобы поднебесной в обществе российской империи: «Во всяком человеке, нераскаянно живущем во грехе, живет бес, как в доме, и всем у него распоряжается. Когда, по благодати Божией, такой грешник приходит в сокрушение о грехах своих, кается и перестает грешить - бес из него изгоняется. Сначала он не беспокоит покаявшегося, потому что в нем на первых порах много ревности, которая, как огонь, жжет бесов и, как стрела, отражает их. Но потом, когда ревность начинает охладевать, подступает и бес издали со своими предложениями, подкидывает воспоминание о прежних удовольствиях и зовет к ним.

    Не поостерегись только покаявшийся, и от сочувствия скоро перейдет к желанию; если и здесь не опомнится и не возвратит себя в состояние прежней трезвенности, то падение недалеко. Из желания рождается склонение на грех и решимость - внутренний грех готов, для внешнего ожидается только удобный случай. Представится он, и грех будет сделан. С этим вместе бес опять входит и начинает гнать человека от греха к греху еще быстрее, чем прежде. Это изобразил Господь притчей о вторичном возвращении беса в очищенный и подметенный дом».

    «У кого все это клонится на сторону сатаны, в того он и входит; у кого, напротив, все это клонится на сторону Господа, в того входит Господь. Что входит сатана, а не Господь, в этом виноват сам человек».

    «Сатана сотрясает души людей и решетом, т. е. земными делами просеивает весь род грешный человеческий. Со времени падения, как преступил Адам заповедь и подчинился лукавому князю, взявшему над ним власть, непрестанными обольститель­ными и мятущимися помыслами всех сынов века сего просеивает и приводит он в столкновение в решете земли.

    Как пшеница в решете у просеивающего бьется и взбрасываемая непрестанно в нем переворачивается, так князь лукавства земными делами занимает всех людей, колеблет, приводит в смятение и тревогу, заставляет приражаться к суетным помыслам, нечистым поже­ланиям, земным и мирским связям, непрестанно пленяя весь грешный род Адамов... 

    Люди приводятся в колебание непосто­янными помыслами боязни, страха, всякого смущения, пожела­ниями, многообразными всякого рода удовольствиями. Князь мира сего волнует всякую душу, нерожденную от Бога, и, подобно пшенице, непрестанно вращающейся в решете, разно­образно волнует человеческие помыслы, всех приводя в коле­бание и уловляя мирскими обольщениями, плотскими удоволь­ствиями, страхованиями, смущениями».


    1 2     















     
    Категория: ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ | Добавил: admin (23.08.2013)
    Просмотров: 2087 | Рейтинг: 5.0/3