Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
ГЛАВНАЯ [9]
БОЖЬИ ПРОРОКИ В РОССИИ [15]
ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ [86]
ПИСАТЕЛИ ПРОРОКИ [7]
ПРОРОЧЕСТВА ПИСАТЕЛЕЙ [71]
ИНОСТРАННЫЕ ПРОРОЧЕСТВА [20]
ИСКАЖЕНИЕ ПРОРОЧЕСТВ [10]
ВЫСКАЗЫВАНИЯ О РЕВОЛЮЦИИ [78]
СООРУЖЕНИЕ ЦЕРКВЕЙ В СССР [30]
БОЖЬИ ПАСТЫРЯ В СССР [50]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » 3. ВАВИЛОНСКИЙ ПЛЕН » ВЫСКАЗЫВАНИЯ О РЕВОЛЮЦИИ

    Высказывания Александра Дмитриевича Протопопова
    Протопопов Александр Дмитриевич  (1866 — 1918 гг.) — крупный промышленник, политик, последний министр внутренних дел российской империи. Являлся ставленником Распутина.

    Перед Революцией так характеризовал положение государства: «Финансы расстроены, товарообмен нарушен, производительность страны — на громадную убыль... пути сообщения — в полном расстройстве... Двоевластие (ставка и министерство) на железных дорогах привело к ужасающим беспорядкам...

    Наборы обезлюдили деревню, остановили землеобрабатывающую промышленность, ощутился громадный недостаток рабочей силы, пополнялось это пленными и наемным трудом персов и китайцев... Общий урожай в России превышал потребность войска и населения; между тем система запретов вывозов — сложная, многоэтажная, реквизиции, коими злоупотребляли, и расстройство вывоза создали местами голод, дороговизну товаров и общее недовольство... 

     Наборы обезлюдили деревню (брался 13-й миллион), остановили землеобрабатывающую промышленность…. Многим казалось, что только деревня богата; но товара в деревню не шло, и деревня своего хлеба не выпускала. Но и деревня без мужей, братьев, сыновей и даже подростков тоже была несчастна.

    Города голодали, торговля была задавлена, постоянно под страхом реквизиций. Единственного пути к установлению цен — конкуренции — не существовало... Таксы развили продажу «из-под полы», получилось «мародерство», не как коренная болезнь, а как проявление недостатка производства и товарообмена...

    Армия устала, недостатки всего поразили ее дух, а это не ведет к победе… Искусство, литература, учёный труд были под гнётом… Упорядочить дело было некому. Начальства было много, но направляющей воли, плана, системы не было. Верховная власть перестала быть источником жизни и света».

    Генерал Глобачёв характеризует своё отношение к Протопопову следующим образом:  «… 9 января 1917 г. я докладывал Протопопову … о том, как прошёл день 9 января — годовщина событий 1905 года. Мною было доложено, что в этот день в Петрограде забастовало до 200 тыс. рабочих и что охранным отделением были ликвидированы три подпольные организации, взяты три нелегальные типографии и много печатного нелегального материала. Протопопов тут же при мне позвонил по телефону к председателю совета министров кн. Голицыну и доложил: «День 9 января прошёл благополучно, забастовок не было — так, какие-то пустяки…».

    «Финансы расстроены, товарообмен нарушен, производительность страны — на громадную убыль...
    пути сообщения — в полном расстройстве... Двоевластие (ставка и министерство)
    на железных дорогах привело к ужасающим беспорядкам...»  (Протопопов А.)

    Письменных докладов охранного отделения и департамента полиции, которые поступали к министру ежедневно, Протопопов не читал, в чём я имел случай убедиться, когда однажды в моём присутствии он позвал секретаря и приказал подать все доклады мои и директора департамента полиции за последнюю неделю, сделал на одном из них надпись на английском языке на имя императрицы и запечатал лично всю эту кучу докладов в пакет, заадресовал на имя государыни и приказал срочно с курьером отправить в Царское Село.

    Если принять во внимание, что Протопопов не мог повторить правильно мой доклад Голицыну, как это привёл выше, то, пожалуй, и лучше, что он не делал лично докладов императрице о политическом положении, а просто предоставлял ей самой разбираться во всём этом письменном материале. Находила ли время и интерес государыня читать всё то, что посылал ей Протопопов, я не знаю.

    Впоследствии, в 1919 г., имел возможность убедиться из рассказов одной приближённой к государыне фрейлины, что Протопопов ничего не докладывал государыне о серьёзном политическом положении в России, а в частности в Петрограде, и она считала до самого переворота, что всё обстоит благополучно.

    Дать решительные указания по тому или иному вопросу Протопопов не мог, и когда таковое настойчиво от него требовалось, то он прибегал к коллегиальному решению безответственных своих советчиков…. Последнее время, когда уже надвигающаяся катастрофа была близка, Протопопов почти все вопросы передавал на решение главнокомандующего Петроградским военным округом генерала Хабалова, а этот последний также никаких решительных мер не принимал, боясь опять-таки пресловутой общественности».

    Характеризовал действия Распутина: «Вера в святость Распутина была так велика, что женщины целовали его руки, принимали пищу из его грязных рук и покорно сносили оскорбления и грубость с его стороны, считая это за особое счастье. Распутин всегда был очень любезен и ласков с новыми, которых называл ещё не посвященными, и в высшей степени груб с теми, с которыми он уже был близок интимно.

    Не думаю, чтобы он отдавал предпочтение той или другой из его почитательниц; искренней любви ни к одной из его многочисленных любовниц у него не было. Его просто влекло к женскому телу чувство похоти и разврата. Часто, не довольствуясь окружавшим его добровольным гаремом, он пользовался обыкновенными уличными проститутками».

    «Кроме влечения к женскому полу, у Распутина было пристрастие к спиртным напиткам и к разгулу, чем и пользовались его окружавшие, спаивая его почти ежедневно. Попойки устраивались как на Гороховой, 64, так и в ресторанах, главным образом загородных. Распутин особенно любил посещать ресторан <Вилла Роде>, где шел широкий разгул, благодаря его близким отношениям с хозяином, заканчивавшийся нередко в 5-6 часов утра в Новой Деревне у цыган.

    Напивались обыкновенно, как говорится, до бесчувствия, и все это сопровождалось бешеной пляской и развратом с женщинами легкого поведения. Нужно было удивляться крепкой натуре Распутина. После попойки, заканчивающейся утром, он отправлялся в баню, а затем, проспав не более двух часов, был совершенно свеж и мог начинать сызнова».














    Категория: ВЫСКАЗЫВАНИЯ О РЕВОЛЮЦИИ | Добавил: admin (25.11.2013)
    Просмотров: 687 | Рейтинг: 5.0/1