Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
ГЛАВНАЯ [1]
НЛО [292]
КОНТАКТЕРЫ [0]
КРУГИ НА ПОЛЯХ [0]
АНОМАЛЬНЫЕ ЗОНЫ [258]
КРИПТОЗООЛОГИЯ [276]
ЖЕРТВОПРИНОШ. [0]
ПРИВИДЕНИЯ [273]
АСТРОЛОГИЯ [0]
МАСОНСТВО [0]
СПИРИТИЗМ [0]
ЯЗЫЧЕСТВО [0]
САТАНИЗМ [0]
КЛЕРИКАЛИЗМ [0]
ГОМОСЕКСУАЛИЗМ [0]
ПРОСТИТУЦИЯ [0]
НАРКОМАНИЯ [0]
ПЕДОФИЛИЯ [0]
ПРЕСТУПНОСТЬ [0]
НАЦИОНАЛИЗМ [0]
КОРРУПЦИЯ [0]
ФАШИЗМ [0]
РАБСТВО [0]
БОЛЕЗНИ [0]
БЕДНОСТЬ [0]
НЕРАВЕНСТВО [0]
НЕГРАМОТНОСТЬ [0]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » СТАТИСТИКА ОККУЛЬТИЗМА » ПРИВИДЕНИЯ

    Духи, демоны и привидения в республике Тыва. 1


    Духи, демоны и привидения в Туве

    К местам, имеющим сакральное  значение, могут относиться как природные объекты (горы, источники, озера, деревья и др.), так и археологические и культурно-исторические памятники, созданные человеком (оваа, наскальные рисунки, каменные изваяния, храмы, святилища, субурганы и др.).

    Традиционное мировоззрение тувинцев основывалось на представлении о существовании трех взаимосвязанных друг от друга миров: Верхнего, Среднего и Нижнего. Человек является одним из существ Среднего мира, наделенный разумом. Он должен нести ответственность за гармоничное существование всех трех миров. Это проявляется в почтительном отношении человека к божественным силам: во-первых, в поведении человека в быту (главным образом, смирении), во-вторых, в оказании им почестей – подношений различного порядка. Знания, накопленные тысячелетиями нашими предками по сохранению гармонии между природой и человеком, необходимо сохранять и передавать новым поколениям. Порядок поведения людей и выработанные запреты по отношению к сакральным местам являются обязательными для каждого человека.

     С древности народ почитал свои родовые сакральные места, на которые не допускались посторонние люди. В странах, где чтут  древние традиции, чужого человека никогда не приведут на сакральное место, иначе это место перестанет быть священным. Для этого есть специальные туристические места, которые не является сакральными, где все воспроизведено для демонстрации обряда как театрализованного зрелища. Совершая обряды освящения сакральных мест, их приближают к себе, своему жилищу, отделяя от чужого, дальнего пространства, подтверждая свою причастность к ним. Поскольку это священные места, на них категорически нельзя мусорить, строго запрещено распивать спиртные напитки.

    Тувинцы освящали Вселенную, небо, родовые горы, особые, отмеченные природой деревья, объекты водной стихии. Особенно почитали и старались ежегодно освящать домашний очаг. Важно отметить, что ни один объект окружающей среды, важный для жизнедеятельности людей, не оставался не освященным. Почти все обряды освящения (за исключением от дагыыры – освящение семейного очага) непременно проводились на возвышенности.

    Гора – место, где обитают духи, от которых зависит благополучие людей, поэтому основная, культовая часть празднества совершалась на горе. Долина – противоположность возвышенности – это место проживания людей с их радостями и бедами, болезнями, грехами, и, чтобы не тревожить духов, чтобы не прогневить их своими более свободными действиями, именно в долине происходили заключительные части крупных обрядов и праздников – спортивные состязания и пиршества – той.

    Вторым символом сакрального пространств является дерево. Дерево – древо рода – космическая ось, символический источник жизни. К его ветвям люди подвязывали ритуальные ленточки – чалама белого цвета, символизировавшего благополучие.

    Третьим символом сакрального пространства является жертвенник – оваа. Сооружался он в виде шалаша из веток молодых деревьев размером метр-полтора. Каждый год, незадолго до обряда, специально назначенные люди поднимались к  оваа, чтобы обновить его, придать праздничный вид. Заменялась лишь часть веток, самый верхний слой, поэтому  оваа – всегда огромное сооружение, сложенное за десятилетия. Для того чтобы ветки не распадались, их обвязывали лентами, сплетенными из конского волоса.

    Вход древнего жертвенника, так же как и вход в традиционное жилище тувинцев – юрту, был обращен к востоку – священной стороне света – восходу солнца. На восточной стороне устраивали самый большой из четырех жертвенных костров – саңсалыр. Дым  можжевельника, по представлениям тувинцев, обладал защитной, отпугивающей от злых духов силой. Термин «сан» на тибетском языке обозначает «очищение». При проведении обряда буддийским священником он сопровождался чтением буддийских молитв – судур номчуур или камлания, при обслуживании обряда шаманом – алгыш кылыр.



    Гора Бай Тайга

    Об этой горе ходит много легенд. Бай Тайга считается уникальным местом на планете. Гора находится в Западной Туве на территории Барун Хемчукского района. На её вершине часто бывают крутящиеся в виде воронки снежные бури. Некоторые считают, что это ни что иное как чёрная дыра, которая выходит за пределы Земли. Ясная погода на горе бывает очень редко. 

    В любое время года Бай Тайга скрывается в тумане и облаках. Старожилы утверждают, что никто до сих пор подняться на вершину этой горы так и не смог. Когда кто-либо приближался к горе, некая сила отрывала человека от земли, и он, испугавшись, убегал или бесследно исчезал. Поэтому подниматься на гору люди не решались и просто молились в честь священной горы.

    Под отвесными скалами у подножия самой высокой вершины Бай Тайги находится озеро Ногаан Холь - Зелёное озеро. Оно считается таинственным местом Силы с особой энергетикой. Вода в озере течёт по горе не сверху вниз, а наоборот снизу вверх. Считается, что человек, поклонившийся горе, тут же получает благосклонность великого духа, исцеляется от всех болезней и очищается от негативной энергии. 

    Ежегодно совершается обряд освящения Бай Тайги. Сначала в местечке Калбак Доргун освящают огромную лиственницу, Дерево Богатства - Бай Дыт. Потом совершается обряд на берегу реки Алаш у Дерева Шаман - Хам Дыт, которому 400-500 лет, а его ствол могут обхватить три человека. Это дерево освящали великие шаманы Кужугет Кес Хам, Кужугет Шокар Хам, Ооржак Шокар Хам и многие другие. 

    Затем в местности Кок Даш освящается аржаан. На перевале Хону Арт находится обаа - место для проведения обряда подношения пищи духам местности. Здесь обитает сатпак - самый сильный дух. Отсюда видна вершина Бай Тайги и очертания воронки, уходящей в небо. Во время обряда благословения священной Бай Тайги духам подносится белая пища, которую сжигают на огне. Обряд завершается праздником с танцами, песнями и национальными играми.

    Обряд освящения Бай Тайги связан с пятью элементами, составляющими физическое тело человека. К ним относятся огонь, вода, воздух, земля, пространство. Так создаётся гармония во взаимодействии тела человека и природы, которая тоже состоит из этих же элементов. В местах Силы человек получает возможность самовосстановиться и очиститься от негативной энергии собственной разрушительной деятельности. 



    Озеро Сут-Холь («Молочное озеро»)

    Красивое пресное высокогорное озеро, площадью 1400га, длиной 8 км, шириной 3,5км, глубиной 35м. Уникальность Сут-Холя, прежде всего, в его первозданном совершенстве, нетронутой природе. Здесь ежегодно производятся шаманские обряды, во время которых задабривается Хозяин озера, чтобы он помогал в получении хорошего урожая, благосостоянии и защищал население от болезней, джута (нищеты голода и падежа скота). Сут-Холь - родина знаменитых сказителей и самых сильных борцов «Хуреш», и это тоже считается влиянием священного озера.

    Пребывание в энергетически сильном месте может оказать двоякое действие на человека: в «положительных» местах происходит гармонизации организма и его позитивный настрой, в «отрицательных» – ухудшение самочувствия – появление угнетенности, нервозности. Сакральное место обладает особым, священным статусом. Это пространственный объект, выделенный из области повседневной жизни и предназначенный для выполнения регулярных культовых действий, направленных на взаимодействие со священными сущностями и силами. Это земное местопребывание  духов и богов, сосредоточение магических сил, вызывающее чувство благоговения и требующее чрезвычайного почтительного отношения.

    Чистота вод озера сравнима только с озером Байкал. С древних времен озеро считается священным, недаром все тувинские сказки и легенды начинаются со слов «давным-давно, когда озеро Сут-Холь было маленькой лужей, а гора Сумбер-Уула кочкой….». Существует легенда о том, что когда - то в озере жил хозяин озера Холдун кок-Бугазы» (Озерный Синий бык), когда хозяин начинал выходить из озера, то гремел гром, сверкала молния, и по озеру начинали ходить волны, высотой больше человеческого роста, и с силой разбивались о скалистые берега.5

    В народе живет легенда. В давние времена поселилась у озера старуха-колдунья. Она варила целебные отвары из сут-хольских трав, твердила заклинания, насылала грозу на тайгу. Но даже ее, ворчливую и неуживчивую, покорили чабаны своей щедрой душой. Однажды вечером колдунья вышла на берег Сут-Холя, выплеснула в него большой чан молока. Проснулись утром люди и не узнали озера. Было оно белым-белешенькое, словно молоком до краев наполненное. Подбежали они к самому берегу и увидели, что это не молоко, а туман белой пеленой воду застлал. С тех пор в народе стали замечать, что на сут-хольских пастбищах коровы дают много густого, как сливки, молока. Сут-Холь в переводе на русский и означает - Молочное озеро.

    С древних времен Сут-Холь считается священным, да и название озера в переводе значит «молочное озеро», а молоко у тувинцев символизирует чистоту. Озеро по сей день считается священным, там никому нельзя купаться, если кто-либо нарушит покой озера, то вмиг набегают тучи, начинается град. Может, поэтому, чистота вод в нем сравнима только с озером Байкал. А еще Сут-Холь - родина самых знаменитых сказителей и самых сильных борцов, и это тоже считается влиянием священного озера.

    Озеро и сегодня считается священным. Здесь ежегодно производятся шаманские обряды, во время которых задабривается Хозяин озера, чтобы он помогал в получении хорошего урожая, благосостоянии и защищал население от болезней, джута (нищеты голода и падежа скота).

    С древних времен озеро считается священным, недаром все тувинские сказки и легенды начинаются со слов: «давным-давно, когда озеро Сут-Холь было маленькой лужей,  а гора Сумбер-Уула (гора, которая  в настоящее время находится по озером) кочкой…». Существует легенда о том, что когда-то в озере жил хозяин озера «Холдун кок Бугазы» (Озерный синий Бык).   Когда хозяин начитает выходить из озера то гремит гром, сверкают молнии, по озеру начинают ходить волны высотой больше человеческого роста и с силой разбиваются о скалистые берега.

    Чистоте воды озера Сут-Холь может позавидовать даже Байкал, но купаться в нем, к сожалению, нельзя. Дело в том, что этот водоем считается среди местных жителей священным, и омовения в нем караются страшными проклятьями. Верить в эти предания или нет - личное дело каждого, но пренебрегать ими явно не стоит, хотя бы из уважения к традициям тувинцев. Примечательно, что рядом с озером расположен минеральный источник Улуг-Доргун, воду которого дозволяется использовать не только для питья, но и для купания. Впрочем, ее температура едва достигает 5 градусов, и такое испытание под силу только настоящим «моржам». 

    С недавних пор Сут-Холь начали использовать для разведения рыбы. Сюда были завезены мальки хариуса, рипуса, пеляди и омуля, которые неплохо прижились на новом месте и уже успели дать потомство. Основной кормовой базой для этих рыб стали мелкие рачки, которые водятся в озере в огромных количествах. На данный момент рыбалка на Сут-Холе запрещена, и отдыхающие приезжают сюда только для отдыха и оздоровления. Красивейшие пейзажи здешних мест часто становятся фоном для фотографий, и самые удачные ракурсы можно поймать на юго-восточном побережье, в месте истока реки Холь-Ожу, образующей ущелье с водопадами и причудливыми скалами.



    Гора Хайыракан (Медвежья гора)

    Хайыракан расположен в двух часах езды от города Кызыла. Это главная святыня не только шаманистов, но и буддистов. Гора даёт силу и «исцеление» всем, кто приходит с открытым сердцем. Шаманы совершают у подножия этой горы свои обряды. Одно из самых почитаемых мест в Туве. Гора священна как у шаманистов, так и у буддистов. В 1992 году она была выбрана как особое сильное место и освящена языческим жрецом Далай-ламой XIV. Овеянная множеством легенд и сказаний, Хайыракан манит путников и туристов в свои объятия. Гора входит в состав точек туристических маршрутов по Туве. Склоны ее покрыты кустарниками. Ранней весной расцветают лютики и багульник, и скалы становятся фиолетовыми.

    В народе принято считать, что свое название гора получила благодаря своей схожести с медведем, пьющим воду. Хайыракан - устарелое религиозное почтительное название божества, ангела хранителя, духа и хозяина земли - медведя. Одна из легенд гласит, что много лет назад эта гора была одета тайгой. Жил у ее подножья молодой охотник со своей старой дряхлой матерью. Старуха умела колдовать. Однажды ее сын отправился на охоту. В тайге он выследил марала, подкрался к нему и прицелился. В это время на него напал медведь, разорвал и утащил в свою берлогу. 

    Обеспокоенная мать ждала сына два дня, а на третий не вытерпела, стала колдовать и узнала страшную правду. Разгневанная старуха напустила на гору грозу. Загрохотали, загремели громовые удары, копья молний прорезали небо, заполыхала тайга и сгорела вместе со всеми ее обитателями. С тех пор гора стоит голая, безжизненная, и зовут ее - Хайыракан, то есть медведь. Есть и другая версия происхождения названия. Монголы хайыраканом называют отдельно стоящие горы с крутыми склонами и остроконечными вершинами.

     


    Аржаан Кара-Суг

    Тыва славится своими «святыми» источниками - аржаанами. Кара-Суг - один из знаменитых аржаанов в Чаа-Хольском кожууне. Духи Кара-Суга лечат суставы и кости. В середине лета к аржаану съезжаются паломники, чтобы обмыться в целебной воде, выпить её и очистить душу. На подходе к Кара-Сугу всё увешано чалами - ленточками для духов местности, а рядом стоит изваяние Будды Шакьямуни. Сюда также для совершения обрядов приезжают и ламы, и шаманы.



    Сакральные места Ишкина

    Все сакральные места для жителей Верхнего Ишкина обладают какими-либо особыми свойствами и выделяются по сравнению с окружающей природой; они связаны с поверьями, быличками и бывальщинами, которые передаются из поколения в поколение. Как мне представляется, именно такая информативная наполненность (как с положительным, так и с отрицательным знаком) является самой важной характеристикой сакральных мест.

    Я исхожу из предположения, что возрождение локальных культов, воссоздание старых и появление новых сакральных мест напрямую связано с процессами реактивации коллективной памяти больших и малых групп. Понятие коллективной памяти и ее связи с пространством жизни человека ассоциируется в зарубежных гуманитарных науках с именем французского историка и социолога Мориса Хальбвакса. 

    С его точки зрения, память бывает: 1) индивидуальная; 2) коллективная память небольших социальных групп, которая формируется в процессе взаимодействия многих людей, редактирует индивидуальные воспоминания и способствует их сохранению в модифицированной форме и обладает функциями аффективного воздействия на членов группы; 3) коллективная память больших социальных групп, таких как этносы. Индивидуальная и в особенности коллективная память связаны с пространством, к отдельным точкам которого привязаны значимые для групп события. Пространственные ориентиры могут находиться в непосредственной близости или далеко, неизменным остается их символическое значение для поддержания разных видов социальных и аффективных связей (межпоколенная связь, дихотомия «мы – они», этническая и религиозная идентичность).

    Фольклор, повествующий о сакральных местах, может рассматриваться как один из важнейших механизмов поддержания связи между коллективной памятью локальной группы и пространством ее обитания; поэтому в данном случае я рассматриваю в первую очередь: а) тексты преимущественно этиологического характера, где упоминаются сакральные места Ишкина; в жанровом отношении это былички и предания – они относятся к несказочной прозе, их отличает установка на достоверность; б) верования и обряды почитания конкретных мест, которые проводились и проводятся в долине Ишкина.

    Формирование географии сакральных мест долины Ишкина и появление новых обрядов почитания таких мест – динамический процесс, протекающий на наших глазах. С ним непосредственно соотносится другой – постоянное обновление корпуса текстов местной несказочной прозы, связанных с «особыми» местами и сверхъестественными существами. Появление новых почитаемых мест и нового фольклора о сверхъестественных сущностях вместе составляют часть процесса эволюции в сфере бытового шаманства и шаманства как мировоззренческой системы, на который не раз уже обращалось внимание в исследованиях по этнографии Тывы и других регионов. 

    Следует подчеркнуть, что с деятельностью современных шаманов процессы эволюции сакральных мест и связанных с ними анимистических поверий и фольклора соотносятся лишь опосредованно. Часто поклонение существующим сакральным местам и создание новых происходит по инициативе старейшин местных общин без какого-либо участия шаманов; уже потом последние могут приглашаться из Кызыла, если дела идут плохо, проводить обряды и давать советы. Их действия имеют важную функцию упорядочивания местных культов, но лишь на последующих этапах их развития.

    Довелось провести десять дней в Сут-Хольском районе; семья Кууларов, из которых четверо братьев и сестер стали шаманами, пригласила меня съездить с ними на их малую родину, в их родное село Кара-Чыраа и затем – в долину реки Устуу-Ишкин, где до сих пор проживает большая часть их родственников. Сами шаманы – Ховалыгмаа, Блчеймаа, Лодой-Дамба и Дамба-Доржу Куулар – планировали эту поездку как возможность отдохнуть и навестить родные места, а заодно провести некоторые обряды «для себя», для испрашивания помощи у «духов-хозяев» родных мест. 

    Мы жили на стоянке у речки Ак-Ой в семье дяди шаманов по материнской линии Сергея Чаш-ооловича Сата и его жены Валентины Сарыг-ооловны Сат (оба 1946 г.р.) и несколько раз ездили на близлежащие стоянки к их родственникам и знакомым. Сергей Сат и его старший сын Ай-вар Сат (1980 г.р.) оказались прекрасными рассказчиками, знатоками фольклорных традиций Ишкина.

    Реки Устуу-Ишкин (Верхний Ишкин) и Алдыы-Ишкин (Нижний Ишкин) относятся к бассейну Хемчика и протекают по таежной местности к северу от высокогорного озера Сут-Холь (Молочное). По правобережью Устуу-Ишкина в него впадают несколько речек, вытекающих из озера и образующих систему узких долин. Долины этих рек и близлежащие горы Кызыл-тайга и Хорь-тайга – традиционная территория перекочевок и охотничьих угодий родов Сат, Монгуш и Ондар, которая, по сообщениям информаторов, раньше простиралась еще дальше на север, к р. Уры, за пределы современной границы Красноярского края.

    Вся эта территория богата сакральными местами, которые могут быть как общепризнанно полезными, так и опасными для человека. По обследованному мной правобережью Устуу-Ишкина находятся несколько значимых мест: оваа, кара-суг (источники) и аржааны (лечебные источники), а также «плохие» места, за каждым из которых закреплена определенная легенда и правила поведения.

    В отношении некоторых мест бытуют поверья, вероятно, дошаманского происхождения. Следующий текст был мной записан про аржаан на р. Уры: На реке Уру есть аржаан, очень сильный и целебный. Нашли его так: один охотник до революции ранил в лесу марала, а тот убежал. По (следам) крови охотник пришел к ручью (вытекающему из аржаана). И по следам увидел, что марал полежал, попил воды и пошел дальше, а кровь перестала течь. Охотник удивился, что марал выздоровел, сам подошел и выпил воды. С тех пор люди ходят туда лечиться от всяких внутренних болезней – (болезней) печени, почек, (остео)хондроза.

    В течение нескольких лет в начале 1990-х красноярские лесники, в ведении которых находится территория р. Уру, не пускали на аржаан тывинцев – по предположениям информаторов, из-за боязни проявлений национализма или по каким-то иным причинам. Но как только посещения стали возможны, жители Устуу- и Алдыы-Ишкина снова начали туда ходить. Правила посещения аржаана предписывают воздерживаться от употребления спиртного накануне и в течение 10 дней после лечения и ездить на аржаан 4 года подряд, каждый раз с подношениями вргул для «хозяйки» аржаана (аржаан ээзи). 

    Табуирование спиртного связано с поверьем о том, что «хозяйка» аржаана не любит пьяных и строжайшим образом – вплоть до смерти – наказывает за употребление спиртного на «ее» месте. Зато она очень любит детей и всегда дарует им крепкое здоровье. Как и все «духи-хозяева», «хозяйка» источника Уру невидима для простых людей, но, по уверениям Айвара, несколько раз за последнее время показывалась «видящим». Выглядит она как молодая девушка в красном тоне – традиционном тывинском халате; информаторы особенно отмечают большое количество золотых и серебряных украшений в волосах. Описание ээзи и правил поведения на аржаане в основных чертах очень похожи на аналогичный материал, зафиксированный в отношении других тывинских аржаанов.

    Если за аржааном Уру уже успела закрепиться устойчивая информация фольклорно-исторического и морально-этического характера, то в отношении новых аржаанов она только начинает формироваться. Так, по сообщениям Сергея и Айвара Сатов, 4 года назад в долине р. Ак-Ой, совсем рядом со стоянками Сергея и его родственников, старейшины родов Сат и Монгуш «окрестили» небольшой источник. Шаманов и тем более лам не приглашали, а на мои расспросы о том, в чем же заключался обряд «крещения» аржаана, Айвар ответил, что сделали так, как «делают обычно, когда поклоняются аржаану: поставили санс (ритуальный столик), сделали подношение, повесили чалама и поверили в то, что этот аржаан лечит». 

    Вода аржаана лечит в основном от желудочных болезней и болезней печени, пить ее нужно в умеренных количествах, всякий раз мысленно испрашивая разрешения у хозяйки аржаана. Аржаан на Ак-Ой в связи с его недавней историей является сакральным местом пока только на микроуровне группы стоянок и не известен за пределами долины, поэтому о представлениях об облике аржаан ээзи, специфических правилах поведения на аржаане и обрядности сами информаторы не смогли рассказать ничего, кроме общих положений об уважении и знаках почтения хозяйки источника. Можно предположить, что в будущем появятся поверья и былички, связанные именно с этим местом.

    Весьма вероятно, что формирование конкретных особенностей культа этого места стимулируется участием шаманов Кууларов в почитании аржаана, поскольку их действия (например, повязать разноцветные ленты чалама на определенное дерево, донести подношение – вргул – до противоположного берега Ак-Ой, из которого бьет источник, а не положить рядом на одном из камней и т.д.) могут обладать упорядочивающей и предписывающей функциями для местных жителей, среди которых шаманы пользуются большим уважением.

    Кроме общепризнанно полезных для человека мест, есть такие, которые в локальной географии Ишкина маркированы отрицательно. Таков, например, Азалыг-тей, невысокий, поросший молодыми лиственницами пригорок недалеко от устья р. Хурек-тиг, без каких-либо опознавательных знаков, ничем особенным не выделяющийся из окружающего ландшафта. 

    Тем не менее про это место бытует устойчивое поверье, рассказанное мне шаманами и подтвержденное Сергеем Сатом: вечерами на Азалыг-тей собираются черти азалар, привязывают коней к деревьям, жгут костры и совещаются, чью душу им украсть в следующий раз. Днем Азалыг-тей не представляет никакой опасности, но вечером, после захода солнца, это место лучше обходить стороной. Поскольку Азалыг-тей находится всего в нескольких метрах от единственной дороги, соединяющей две соседние долины рек, местные жители не планируют никаких поездок на вечер, предпочитая переждать до утра.

    Недалеко от Азалыг-тей находится Буга-Мыйыс аксы (Устье Коровьего Рога). Это место среди местных жителей известно тем, что здесь без видимых причин якобы останавливаются лошади и глохнут двигатели машин. По утверждениям информаторов, виноваты в этих неприятностях четкер (разновидность злых духов среднего мира, «черти», в этнографической литературе по Тыве можно найти лишь отрывочные описания этой категории вредоносных духов, которым приписывается свойство появляться в сумерки и вызывать трудноизлечимые болезни), которые хватают коней за ноги. Чтобы проехать дальше, достаточно спешиться (или выйти из машины) и кнутом или другим подручным инструментом обмахнуть ноги лошадей (или колеса), стряхивая таким образом прицепившихся духов.

    Как известно из материалов по этнографии Тывы, никаких превентивных обрядов по задабриванию азалар или четкер не делается; есть только коллективно разделяемое знание об их существовании и их потенциальной опасности для человека. Именно с этой точки зрения интересно, что при отсутствии регулярно повторяемого коллективного обряда как коммуникативного действия Азалыг-тей, Буга-Мыйыс аксы и некоторые другие отрицательно маркированные, «опасные» места продолжают существовать в памяти жителей Ишкина как реальные географические ориентиры, прочно связанные с локальным фольклором о четкер и азалар.

    Фольклор о злых духах постоянно эволюционирует. Об этом свидетельствует факт появления новых текстов – рассказов «очевидцев», которые якобы видели «чертей» воочию. В жанровом отношении такие тексты относятся к быличкам – меморатам, характеризующимся установкой на достоверность: события, о которых повествует рассказчик, произошли с ним самим или с кем-то из его ближайшего окружения. В связи с посещением Азалыг-тей одна из таких быличек про другое место была записана мной со слов Сергея Сата:

    «...Четкеры выглядят как люди, но вниз от колен (их тела) не видно (Интересно, что в этом рассказе облик чертей четкер очень похож на облик двойников умерших сунезин, которые, по свидетельствам многих шаманов и других информантов, выглядят как точные копии людей, но видимые только сверху до пояса). Однажды, где-то в 1970-х, я был тогда табунщиком здесь, на Ишкине, и возвращался поздно ночью со смены. Со мной было еще несколько человек, но они ехали впереди, а я ехал последним. 

    Было это в местечке Алама (тоже в долине Ишкина). Вдруг вижу: стоит очень высокий человек, мне вровень, хотя я на коне. Ног от колен (вниз) не видно, лицо белое, как будто неживое. Я кричу ему: «Ты кто?» А он меня заметил и сразу в лес. Я пытался его догнать, но нигде его не было, исчез... А другие табунщики его не видели, хотя могли – они же раньше (мимо этого места) проехали».

    В ишкинских поверьях места наиболее высокого риска встречи со злыми духами четкер и азалар совпадают с вышеперечисленными сакральными местами или находятся недалеко от них. Поэтому, хотя в представлениях тывинцев злые духи не привязаны так однозначно к определенным местам, как хозяева местностей – к «своим» оваа, можно говорить о наличии коллективных представлений о наиболее вероятных зонах их локализации. Именно там с людьми могут с большой долей вероятности случиться различные неприятности. 

    Представления о конкретных выражениях этих неприятностей (конь встанет, украдут душу, человек заболеет) устойчиво определены в локальном фольклоре для каждого такого места. Исключение составляет последняя быличка о местечке Алама, которая в силу своего недавнего происхождения еще не успела обрасти новыми мотивами и приобрести форму более или менее устойчивого сюжета, как былички об Азалыг-тей и Буга-Мыйыс аксы. 

    В ней уже сейчас есть две устойчивые мифологемы: это время встречи с четкер (ночь или вечер) и его «иконографический» образ (существо антропоморфное, но немедленно опознаваемое в качестве «иного» в силу странных особенностей внешности и поведения). В долине Ишкина есть также места, которые вписаны в историю одного из трех родов, проживающих на этой территории. Я опишу здесь два. Недалеко от устья р. Хуректиг, в месте, называемом Хуректиг аксы, на высоком холме находится большое оваа.

    Оно сложено из длинных жердей, в некоторых местах скрепленных между собой горизонтальными поперечными перекладинами, для входа между жердями оставлено небольшое пространство. На жерди повешены разноцветные ленточки чалама; они висят и на ближайших лиственницах. Вход в оваа обращен нестрого на юг, к подножию холма и дороге. 

    Непосредственно рядом с дорогой находится круглая площадка, забросанная крупными камнями; по мнению информантов, это древнее захоронение. Перед ним – невысокая (около 1–1,20 см) каменная баба (кижи-квже) из серого песчаника, со стершимся лицом, но вполне идентифицируемыми головой и туловищем. В настоящий момент не совсем ясно, были ли кижи-квже и место расположения оваа одним сакральным комплексом; во всяком случае, сейчас связь между этими двумя объектами установить невозможно. 

    Сергей Сат и шаманка Ховалыгмаа Куулар рассказали, что оваа начала освящать Самдан Ондар, шаманка, прабабушка Ховалыгмыы с материнской стороны в 1920-х годах, т.е. примерно за десять лет до начала антирелигиозных репрессий в ТНР. На длительное время оваа стало родовым местом поклонения ишкинских Ондаров, которые регулярно совершали на нем обряды оваа дагыыр (поклонение оваа), ухаживали за ним и обновляли его. Уже в последние 10 лет оваа на Хуректиг аксы стали почитать и члены других родов – Монгуши и Саты; к настоящему моменту оно превратилось, таким образом, из родового святилища в общее сакральное место локального значения. Второе родовое место, показанное мне в долине Ишкина, – это источник (кара-суг), который, в отличие от источников-аржаанов, не имеет общепризнанных целебных свойств.

    По сообщениям информаторов, это родовой источник Сатов, хотя про него знают и на него ходят также и представители других родов. Он находится в местечке Ары-Ой аксы, примерно на полпути между долиной Ак-Ой, где мы жили, и выездом из долины Ишкина, совсем рядом с дорогой. Поэтому здесь принято останавливаться, класть конфеты и монетки на широкий плоский камень, из-под которого бьет вода, мысленно испрашивать у хозяйки источника хорошей дороги, набирать в ладони воды, пить ее и обязательно мочить лоб и волосы. 

    Пользовались источником и в советское время, но заново освятили его совсем недавно, в мае 2004 г. Как и в случае с аржааном на Ак-Ой, сделали это старейшины рода Сат, принеся хозяйке источника традиционную для таких случаев «белую пищу» (сыр, молоко, конфеты, печенье) и повесив на ближайшие кусты чалама, судя по количеству которых, освящение собрало немало народу.

    Как видно из этих двух примеров, «родовые» сакральные места под воздействием разных факторов социально-исторического и географического характера (ослабление родовой идентичности, миграция, расположение на территориях общего пользования, например рядом с дорогой) имеют тенденцию утрачивать свое значение узкородовых святилищ, маркеров территории проживания рода и постепенно переходят в разряд священных мест локального значения, выполняя тем самым уже не дифференцирующую, а интегрирующую функцию.

    Устье р. Ары – красивая местность, частично затопляемая во время паводков, заросшая высоким кустарником и усеянная огромными розовыми валунами. Про эти камни и источник Айвар Сат рассказал мне предание, которое, в свою очередь, он слышал от своей бабушки Часыг Ондар, жительницы Ишкина:

    «Давным-давно в этих местах жили бай (богатый человек) и очень старый хам (шаман). Однажды бай был пьян, приехал на стоянку шамана и ругал его (бранными словами). Он был на коне. Он заарканил шамана и потащил его по долине Ары, и старый шаман умер. Теперь люди говорят, что красные камни – это кровь того шамана, а кара-суг (источник) – его слезы».

    Разумеется, не все фольклорные тексты несут этиологическую информацию и не все жестким образом приурочены к определенным точкам локальной географии. В некоторых место действия упоминается один раз в самом начале рассказа и не несет иной смысловой нагрузки, кроме создания некоторого «эффекта присутствия» для тех, кто живет в этой местности. Приведу один такой рассказ, повествующий о борьбе между шаманом и ламой, жившими в долине Ишкина. 

    «Раньше Устуу-Хурээ (Верхнечаданский монастырь), который находится сейчас в Чадане, был на устье р. Дангелектиг (речка в окрестностях Ишкина). Однажды поссорились большой лама этого хурээ с шаманом, который жил в низовьях Ишкина. Перед чижиром (магическим состязанием между ламой и шаманом) лама украл у шамана ниточку из штанов и заложил ее в судур (священную книгу), который должен был читать во время поединка. И назначили день, и на восходе солнца лама начал читать судур, а шаман начал варить арагу. 

    Когда шаман дошел до 7-го котла, он вдруг понял, что побежден, и закричал: «Ах, лама убил меня!» И бросил ковш, и навзничь упал на спину, и умер. Причиной того, что он не мог победить ламу, была ниточка, вырванная из его штанов. Умереть-то он умер, но сунезин (двойник, одна из душ человека) его остался. И каждый вечер на закате, когда начинается вечерняя дойка коров, прилетал к стоянке ламы с шумом бубна ворон (кускун). И через некоторое время улетал обратно с криками: халак-халак! (ах, ах – выражение сожаления). 

    И доярки со стоянок слышали, как каждый раз за птицей летел шепот ламы. Но лама тоже был старым и где-то через два года умер. Когда на похоронах выносили тело, сунезин шамана захотел перехватить сунезин ламы. Ученики ламы очень испугались, когда к телу подлетел большой ворон и послышался шум борьбы. Но и в этот последний раз лама смог прогнать шамана. Тогда и шаман через некоторое время успокоился и перестал летать».

    Этот рассказ интересен во многих отношениях. Во-первых, предположительно время его действия можно датировать в промежутке от второй половины XVIII в. (времени распространения и официального принятия буддизма в Тыве) до первых годов XX в., когда началось строительство Устуу-Хурээ – Верхнечаданского монастыря. Во-вторых, чижир – магическая борьба не на жизнь, а на смерть между двумя шаманами или шаманом и ламой – достаточно распространенный в Тыве фольклорный сюжет. 

    Очевидно, что, являясь отражением не конкретных исторических фактов, а их интерпретации несколькими поколениями рассказчиков, такие сюжеты не могут использоваться как источник для изучения отношений между шаманизмом и ламаизмом. Зато по ним до определенной степени можно составить представление о восприятии лам и шаманов жителями долины Ишкина, в среде которых сложился и бытовал этот текст, и в первую очередь – об отношении самых последних рассказчиков к шаманам и ламам. 

    Лама и шаман предстают здесь как более или менее равные противники: оба действуют примерно одними магическими методами (возможно, магическая сила шамана превосходит силу ламы, но победа достается все же последнему благодаря его хитрости) и оба достаточно сильны, чтобы продолжить поединок после смерти в виде сунезин. Что касается сунезин, то они описаны как воспринимаемые видимые или слышимые сущности, которые продолжают вести себя точно так же, как и их обладатели при жизни. («Культура»).



    Чревовещания современных шаманов

    Многие боятся шаманов и не доверяют им. Это происходит потому, что большинство не знает, что философия этих мистиков является действенным учением о силах Природы, основанным на знаниях самых глубоких ее аспектов. «Судите по поступкам и языку», - так учат мудрые. Разве может человек с «дьявольской верой», как считают некоторые, вобрать в себя горе другого и «пережечь» его в своем сердце, облегчая страдания обиженного, ничего не ожидая при этом взамен. В этом заключается суть целого направления шаманизма.

    Шаманизм сегодня значительно помолодел, утверждают эксперты. Если раньше «общаться с духами» могли в основном старики-долгожители, которые множество лет провели наедине с природой, сегодня средний возраст шаманов 25-30 лет, однако это никак не сказывается на доверии к ним.

    Более того, если раньше шаманы принимали далеко не всех, часто даже приехавшим давали от ворот поворот, сегодня их деятельность поставлена на коммерческие рельсы, они охотно призывают духов и бьют в бубен, чтобы за деньги вылечить болезни, заглянуть в прошлое или в будущее. И - как уверяют некоторые специалисты - их предсказания удивительно точны, а потому желающих пообщаться с шаманами с каждым днем все больше и больше.


    2 3                         












    Категория: ПРИВИДЕНИЯ | Добавил: admin (15.01.2017)
    Просмотров: 31 | Рейтинг: 5.0/1