Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
ГЛАВНАЯ [9]
БОЖЬИ ПРОРОКИ В РОССИИ [15]
ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ [86]
ПИСАТЕЛИ ПРОРОКИ [7]
ПРОРОЧЕСТВА ПИСАТЕЛЕЙ [71]
ИНОСТРАННЫЕ ПРОРОЧЕСТВА [20]
ИСКАЖЕНИЕ ПРОРОЧЕСТВ [10]
ВЫСКАЗЫВАНИЯ О РЕВОЛЮЦИИ [78]
СООРУЖЕНИЕ ЦЕРКВЕЙ В СССР [30]
БОЖЬИ ПАСТЫРЯ В СССР [50]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » 3. ВАВИЛОНСКИЙ ПЛЕН » ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ

    Пророчества архиепископа Илариона (Троицкого)
    Архиепископ Иларион (Троицкий)

      

    (Владимир Алексеевич Троицкий; 13 сентября 1886, село Липицы, Тульская губерния, ныне Серпуховского района Московской области — 28 декабря 1929, Ленинград) — епископ церкви; с 1923 архиепископ Верейский. 

    «Еретики, пользуясь беспросветным невежеством общества в вопросах веры и благочестия, прикрываясь громкими, но совершенно пустыми словами, проповедуют самые невозможные,  самые бессмысленные и отвратительные учения, а сыны Церкви, нисколько не задумываясь, еретическую ложь поставляют выше истины».


    «Ибо они народ, потерявший рассудок, и нет в них смысла» (Втор.32:28)

    «Состояние печальное! Вот это-то печальное положение нашей современности и должно побуждать всякого, кому дорога вера и вечная жизнь, проверить основное заблуждение современного нам предрассудка, отделяющего христианство от Церкви. При руководстве Слова Божия и святоотеческих писаний следует во всей глубине продумать этот важный вопрос: возможно ли христианство без Церкви?»

    «Но если принять даже и это определение права, оно, очевидно, все же никогда не совпадает с христианской любовью. Право касается внешнего и проходит мимо существа. Общество, созданное на человеческом праве, никогда не может слить людей воедино. Единение разрушается себялюбием, эгоизмом, а право не уничтожает эгоизма; напротив, только утверждает его, охраняя от покушений со стороны эгоизма других людей. Цель государства, основанного на праве, в том, чтобы создать по возможности такой порядок, при котором эгоизм каждого его члена находил бы себе удовлетворение, не нарушая в то же время интересов другого.

    Путь к созданию такого порядка может быть один – некоторое ограничение эгоизма некоторых членов общества. В этом неразрешимое противоречие права: оно утверждает эгоизм, но оно же и ограничивает его. А потому общество, основанное на человеческом праве, всегда носит в себе самом семена своего разложения, ибо оно охраняет эгоизм, который постоянно разъедает и разрушает всякое единение.

    Судьба башни Вавилонской - судьба правового общества; в этом обществе часто должно происходить «смешение языков», когда люди перестают понимать друг друга, хотя бы и говорили на одном языке. Правовой порядок нередко сменяется ужасным беспорядком».

    «Немало развелось у нас людей, мечтающих, именно, о каком-то бесцерковном христианстве. У этих людей как бы постоянно анархический строй мышления; они или не способны, а чаще -просто ленятся продумать до конца свои мысли. Но, не говоря уже о самых очевидных противоречиях этого бесцерковного христианства, всегда можно видеть, что в нём благодатной христианской жизни, благодатного воодушевления, энтузиазма совершенно не бывает».

    «Христос Сам сказал, что Он создаст Церковь, но разве теперь говорят о Церкви? Нет, теперь предпочитают говорить о христианстве, причём христианство рассматривают как какое-нибудь философское или нравственное учение. Христианство, - это звучит, как новокантианство или ницшеанство!

    Эта подделка Церкви христианством, как тонкий яд, проникает в сознание даже и церковного общества. Она - тонкий яд, потому что скрыт он под цветистой оболочкой громких речей о недостатках «исторического христианства» (то есть Церкви?), о его будто бы несоответствии какому-то «чистому,» «евангельскому» христианству. Евангелие и Христос противопоставляются Церкви, которая почему-то называется «исторической,» как будто есть или была когда-нибудь другая, «неисторическая» Церковь! Воистину, здесь Сатана принял образ ангела светла. Он делает вид, будто правду Христову хочет очистить от неправды человеческой».

    «Невольно вспоминается при этом мудрое изречение преподобного Викентия Лиринского: «...Когда увидим, что некоторые приводят апостольские или пророческие изречения в опровержение вселенской веры, мы не должны сомневаться в том, что устами их говорит дьявол; а чтобы незаметнее подкрасться к простодушным овцам, прячут они свой волчий вид, не покидая волчьей лютости, и, как руном, окутываются изречениями Божественного Писания, чтобы, чувствуя мягкость шерсти, никто не побоялся их острых зубов».

    «Здесь все хотят быть учителями, апостолами и пророками. Здесь не смущаются даже своим полным невежеством. В других областях люди, ничего не знающие, предпочитают хоть молчать. Но в вопросах веры у нас теперь больше всего рассуждают и проповедуют те, кто меньше всего в этих вопросах понимает. Ведь ещё ап. Павел говорил, что кто отступил от чистосердечной любви, от доброй совести и нелицемерной веры, тот уклоняется в пустословье, желая быть законоучителем, но не разумея ни того, о чём говорит, ни того, что утверждает (1 Тим.1:5-7)».

    «Во всём в этом современном пустословии особенно часто проскальзывает печальное недоразумение, которое можно назвать отделением христианства от Церкви. Потому люди и начинают рассуждать слишком самоуверенно о делах веры, что допускают возможность существования какого-то христианства, не только не зависимого от Церкви, но даже и враждебного Церкви. Полагают, что можно быть христианином и в то же время враждовать против Церкви. Теперь совершенно по-разному относятся к Церкви и к христианству.

    Люди, которые мало думают о Боге и о вечности, все же считают как бы долгом приличия, хоть на словах, отозваться о христианстве с почтением. До полного и открытого презрения к христианству, до открытой вражды к нему у нас дело еще не дошло. Этого предела достигли только немногие «насилованные от диавола» (Деян.10, 38), наиболее «передовые» (если, конечно, считать по направлению к аду) отщепенцы». 

    «Люди, которые мало думают о Боге и о вечности, всё же считают как бы долгом приличия, хоть на словах, отозваться о христианстве с почтением. До полного и открытого презрения к христианству, до открытой вражды к нему у нас дело еще не дошло. Этого предела достигли только немногие «насилованные от диавола» (Деян.10, 38), наиболее «передовые» (если, конечно, считать по направлению к аду) отщепенцы.


    «Все они - упорные отступники, живут клеветою; это медь и железо, - все они развратители» (Иер.6:28)

    «Тогда не оставалось места для нелепой мысли о том, будто христианство - одно, а Церковь - другое, будто христианство возможно помимо Церкви. Тогда вражда против Церкви была враждой и против христианства. Вражда же против Церкви во имя, якобы, какого-то христианства - это исключительное явление наших печальных дней».

    «Иногда кажется, будто вся Церковь наша в рассеянии, как бы в каком разброде. Не знаешь, кто наш, кто от супостатов наших. Царствует в умах какая-то анархия. Слишком много появилось «учителей». 

    «Десятый год наблюдая академическую жизнь, я невольно с грустью и печалью, иногда с негодованием, замечал, что студенты академии слишком мало занимаются богословием и еще меньше богословием интересуются. Получается крайне ненормальное явление: студент духовной академии, оканчивая курс, имеет некоторые взгляды философские, исторические, даже политические, но не имеет определенных взглядов богословских. Чисто богословские вопросы его не волнуют; он будто даже и не понимает, как это богословский вопрос может задевать за самую сердцевину души, ломать и переворачивать всю жизнь человека, заставлять его ввергаться в огонь и в воду».

    «Без Церкви нет христианства; остаётся только христианское учение, которое само собою не может «обновить падшего Адама».

    «Ведь на богоискательстве многие в наше время прямо-таки составляли себе «имя». И вспоминается суровый приговор преосвященного епископа Михаила (Грибановского) над всякими вообще исканиями. «Потому и ищут, что остались без принципов; и пока ищут лучшие, худшие пользуются сутолокой и мошенничают без всякого зазрения совести. Да и какая совесть, когда никто не знает, что истина, что добро, что зло!».

    «Церковь подменяют христианством, величиной совершенно, как мы уже говорили, неопределённой. Совесть иногда остаётся спокойной, - всё-таки «христианство», название приличное! А подставить под это название без Церкви можно всё, что только понравится. Здесь нельзя не заметить лукавого действия человекоубийцы, древнего змия. Демоны потому и принимают образ ангела светла, что их собственный вид отвратителен для человека.

    Не так легко склонить человека на полное безбожие и богохульство. Дьявол это знает, а потому идёт окольным путём, внушает лишь отделить христианство от Церкви в полной уверенности, что без Церкви люди всё равно дойдут до безбожия, потеряют спасение и будут по смерти в его власти. Дьявол и теперь, как и при искушении Христа в пустыне, прибегает к помощи Писаний, чтобы доказать возможность отделения христианства от Церкви».

    «Всё то, что отделившиеся от Церкви сохраняют из церковного богатства, всё это не приносит им ровно никакой пользы, а только один вред….. Таинства не спасут, если у принимающего их нет любви. Апостол говорит: «Если я знаю все тайны (sacramenta) и не имею любви, я – ничто» (Кор.13:1-3)».

    «Промежуточные понятия религии и христианства только отдаляют многих людей от истины, потому что для искренне ищущего Бога они являются своего рода мытарствами. На путь этих исканий мытарств вступают многие, но далеко не все с успехом проходят его».

    «Многое, что раньше казалось неопределенным и соблазнительным, станет несомненным и ясным. Особенно дорого, что во времена общего шатания, колебания из стороны в сторону, справа налево и слева направо, каждый церковный человек чувствует, как он стоит на непоколебимой вековой скале, как твердо у него под ногами».

    «Нет, не о недостатке жизни в Церкви, по-нашему мнению, нужно говорить, а только о недостатке в нас церковной сознательности. Многие живут церковной жизнью, совсем даже этого ясно не сознавая. А если мы даже и сознательно живём церковной жизнью, мы мало проповедуем о благе этой жизни. С посторонними мы ведём спор обычно о христианских истинах, забывая про церковную жизнь. Учение, теория, догмат в наших глазах стоят как будто выше жизни церковной. Мы тоже иногда бываем способны подменить Церковь христианством, жизнь - отвлечённым учением».

     «Разве не замечательно, что все отступники от Церкви постоянно говорят о своём уважении к Священному Писанию и, в то же время, очень скоро переходят к искажению даже самых книг Писания!»

    «Нет, вера Христова становится только тогда ясна и определённа для человека, когда он нелицемерно верует в Церковь; только тогда бисер этой веры и бывает чист, только тогда не смешивается он с кучей грязного мусора всевозможных своевольных мнений и суждений. Обо всём этом ведь говорил ещё ап. Павел, когда Церковь Бога живого называлась столпом и утверждением истины (1 Тим.3:15)». 

    «Но подделка Церкви христианством ведёт за собой ещё одну ужасную подделку - подделку Христа Богочеловека человеком Иисусом из Назарета».


    «Положено будет начертание на правую руку их или на чело их» (Откр.13:16)

    «Посмотрите, как бьётся несчастная птица, когда она летит при сильном ветре! Как неровен её полёт! То она взлетает вверх, то опрокидывает её вниз, то подвинется она немного вперед, то снова относит её далеко назад. Так носится и человек ветрами лжеучений».

    «Нет, вера Христова становится только тогда ясна и определенна для человека, когда он нелицемерно верует в Церковь; только тогда бисер этой веры бывает чист, только тогда не смешивается он с кучей грязного мусора всевозможных своевольных мнений и суждений. Об этом ведь говорил еще ап.Павел, когда Церковь Бога живого называл столпом и утверждением истины (1 Тим.3, 15)».

    «На самом деле противопоставление евангелия Церкви и замена Церкви неопределенным понятием христианства имеет много самых плачевных результатов: жизнь христианская иссякает, оказывается только одно лишнее учение в бесконечном ряде учений древних и новых, притом учение весьма неопределенное, ибо без Церкви открывается возможность несчетного множества его пониманий самых произвольных и даже друг другу противоречащих. В этом отношении христианство стоит несравненно ниже многих философских школ».

    Рядовые же «обыватели», повторяем, о христианстве говорят обыкновенно с некоторым почтением: «Христианство, о! – это, конечно, высокое и великое учение. Кто же против этого спорит?». Так примерно отзываются о христианстве. Но в то же самое время считается как бы признаком хорошего тона быть в какой-то бессознательной вражде ко всему церковному».

    «В душе многих наших современников как-то вместе уживаются почтение к христианству и пренебрежение к Церкви. Христианами, по крайней мере, не стесняются называть себя почти все, но о Церкви и слышать не хотят и стыдятся чем-либо обнаруживать свою церковность».

     «Наша беда в том, что мы сами-то мало ценим свою Церковь и великое благо жизни церковной. Мы не исповедуем своей веры в Церкви смело, ясно и определённо. Веруя в Церковь, мы постоянно как бы извиняемся за то, что мы в неё ещё веруем». 

    «Идёт распря в теле (1 Кор.12:25) церковном».

    «Но как возможно осуществление такого единения людей в Церкви, в церковной общественности? Ведь естественное греховное состояние человека более соответствует созданию только правового общества, потому что грех и есть самоутверждение или себялюбие, которое охраняется гражданским правом».

    Говорил об оккультном и многобожеском характере религиозности самодержавного российского государства: «Если же кто отрицает Церковь с ее религиозным идеалом, то и Христос для него, естественно, становится только в разряд учителей-мудрецов рядом с Буддой, Конфуцием, Сократом, Лао-цзы и другими. Притом Христос оказывается учителем далеко не самостоятельным.

    Услужливая наука указывает множество различных источников, вплоть до вавилонских сказаний и мифов, откуда будто бы позаимствовано учение Христово. Христос уподобляется плохому ученому, который составляет свое сочинение, не всегда удачно компилируя из разных чужих книг. Враги христианства со злорадством указывают на эти результаты «научных» исследований и объявляют, что в сущности-де Иисус Назарянин и учения-то нового не дал. Он только повторил, что было сказано еще до Него и что знали бы и без Него… 

    Пусть в учениях земных мудрецов встречаются прозрения истины, близкие к христианству, но Христос, Сын Божий воплотившийся, обновил человеческое естество, создал Церковь, ниспослал Духа Святого и тем положил начало новой жизни, чего никакой мудрец из рода человеческого сделать не мог».

    Священнослужитель Иларион Троицкий, по примеру пророка Иеремии, всячески старался помочь всем отпавшим священникам признать Божью спасительную Декларацию 1927 г., утверждая всем, что через Декларацию Господь приготовил как спасительное снисхождение ко всему проклятому российскому народу: «Я ровно ничего не вижу в действиях митрополита Сергия и его Синода, чтобы превосходило меру снисхождения и терпения».

    Далее он обличает всех тех, кто недоволен действиями Годолием ХХ века (Сергием Страгородским): «Везде писаны пустяки, кто напротив пишет. Какую штуку выдумали. Он, мол, отступник. И как пишут, будто без ума они. Сами в яму попадают и за собой других тащат». - При этом он делает заключение обличая главного противника Годолии, что митрополиту Иосифу  (Петровых) ничего не докажешь, «хоть лбом об стенку бейся», - что он, как допустивший грех отделения по злобе, останется до конца жизни при своих взглядах.  Иларион Троицкий совершал множества действий, чтобы обратить отпавших пастырей к вере, чтобы они без угрызений совести приняли Божью спасительную Декларацию (сравни Иер.42:10).


    «Открывай уста твои за безгласного и для защиты всех сирот» (Прит.31:8)

    Иларион Троицкий в своём пророческом слове также показал и причину наказаний протестантов в 3-ем вавилонском пленении: «Подобной же безжизненностью посрамляется и протестантское лжеучение. Чего достигли протестанты, помрачив своими мудрствованиями идею Церкви? Достигли только разъединения, и разъединения самого безнадёжного. Протестантство постоянно дробится на секты. Протестантской церковной жизни нет, а есть кое-какая «еле живая» жизнь отдельных сект и общин».

    Показал также причину наказаний католиков во время 3-го вавилонского плена: «Истина Церкви много была искажена на Западе после отпадения Рима от Церкви, и Царство Божие стало походить там на царство земное. Латинство с его юридическими счетами добрых дел, с его наемническим отношением к Богу, с его подделкой спасения помрачило в сознании своих членов христианскую идею Церкви».

    «Латинство породило вполне законное, хотя и весьма непокорное чадо в лице протестантизма».

    «Латинство, отпав от Церкви, изменило этому сознанию и провозгласило: истина дана отдельной личности папы, — пусть одного папы, но все же отдельной личности, — и папа же заведует спасением всех….».















       
    Категория: ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ | Добавил: admin (23.08.2013)
    Просмотров: 959 | Рейтинг: 5.0/2