Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
ГЛАВНАЯ [9]
БОЖЬИ ПРОРОКИ В РОССИИ [15]
ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ [86]
ПИСАТЕЛИ ПРОРОКИ [7]
ПРОРОЧЕСТВА ПИСАТЕЛЕЙ [71]
ИНОСТРАННЫЕ ПРОРОЧЕСТВА [20]
ИСКАЖЕНИЕ ПРОРОЧЕСТВ [10]
ВЫСКАЗЫВАНИЯ О РЕВОЛЮЦИИ [78]
СООРУЖЕНИЕ ЦЕРКВЕЙ В СССР [30]
БОЖЬИ ПАСТЫРЯ В СССР [50]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » 3. ВАВИЛОНСКИЙ ПЛЕН » ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ

    Пророчества священника Григория Петрова Спиридоновича

    Священник Григорий Петров Спиридонович

      

    (родился 26 января  1866 года в Ямбурге — умер 18 июня 1925 года в клинике под Парижем).

    Перед революцией 1917 года писал митрополиту Антонию (Вадковскому):  «Было и есть звание помазанников Божиих, а дел Божиих, правления по правде Божией и не было, и нет».

    Обличал лицемерное духовенство, спасающих самих себя: «было сведено на узкую тропу личных добродетелей, личного спасения».

    «Само (духовенство) восприняло от государства и внешний блеск, и внешнюю организацию, и внешние способы воздействия, внешние принуждения и внешние кары».

    Призывал призадуматься над тем фактом, происходящий в русской церкви: «В подлинной церкви – Глава Церкви – Христос. В папстве глава церкви – папа, наместник Христа, а в синодальной русской церкви глава – государь».

    «Церковный Вестник», говоря в передовой «редакторской» статье: «За нашим духовенством накопилось много грехов, и оно, хотя, может быть, не всегда по своей вине, виновато в нынешних тяжелых временах. Мы слишком приучены во всем полагаться на защищавшую нас внешнюю силу. Разучились ходить на своих ногах.

    «В подлинной церкви – Глава Церкви – Христос. В папстве глава церкви – папа,
    наместник Христа, а в синодальной русской церкви глава – государь»

    И теперь, вместо того, чтобы руководить свою паству в несчастии, стать во главе ее, тесно сплотить ее под церковным крылом, вдохнуть в нее мужество и оберечь от пагубного отчаяния, - мы вдруг начинаем сознавать, что паства не слушается нас, что она уже не идет за нами, как послушные овцы за добрым пастырем, что между нами и паствой выросло какое-то средостение.

    Это роковое разделение между пастырями и паствой, угрожающее разорвать нашу церковь сверху до низу, требует от нашего духовенства особой бдительности в эту тяжелую роковую годину».

    «Нужен всероссийский съезд духовенства, - говорит «Церковный Вестник». - Он явился бы в настоящее тяжелое время не только выразителем желаний духовенства, но и прекрасным, незаменимым помощником центральной духовной власти в отыскании путей к улучшению современного церковного строя.

    Если бы мысль о таком всероссийском съезде была принята, - как бы тотчас же загорелась работа по выработке и освещению тех вопросов, какие были бы предложены к его обсуждению! Уже сама по себе эта работа была бы весьма полезна, но еще полезнее и важнее был бы голос этого собрания пастырей со всех концов России: они ярко осветили бы и местные, и общие церковные потребности и указали бы верный выход из тех затруднений, что переживает наша церковь в настоящую пору.

    А отсюда, из царской столицы, они понесли бы по всей России успокоительную уверенность в том, что здесь идет всеобщая горячая работа на пользу родины и что эта дружная работа не замедлит сказаться благотворными переменами в самых глухих, отдаленных уголках нашего отечества.

    К этим прекрасным и благовременным словам, церковного академического журнала остается прибавить только одно: пожелание, чтобы слово скорее перешло в дело, чтобы русское духовенство оказалось достойно своего высокого пастырского положения и с горячим одушевлением откликнулось на горячий призыв к великому общенародному пастырскому деланию».

    «Трудно и едва ли даже возможно, отыскать в действиях апостолов какой-либо намек на то, чтобы они действовали когда-либо секретно от верующих, предпринимали какие-либо меры, не посоветовавшись предварительно со всею церковью данного места. Напротив, в «Деяниях апостольских» находится множество свидетельств в пользу того, что они раскрывали перед верующими свои планы и осуществляли их по совещании с ними и при содействии их».

    «Очевидно, связь всех членов церкви, и мирян, и духовенства, была живая, деятельная и постоянная. Ни у кого не было своих личных интересов, а преследовались цели исключительно общие, церковные, на служение которым и привлекались все духовные силы всех христиан.

    С течением времени, в позднейшие века положение менялось. Духовенство в христианском обществе выдвигалось все более и более вперед, стремилось захватить первенствующее положение, при чем в основу своих стремлений клало не столько нравственно-руководящую силу, сколько искусно закрепленные социальные и политические права. Возникает папство. Растет и укрепляется идея господства, преобладания церкви над государством».

    «Духовенство церкви целые века занимало такое положение, когда остальные члены церкви должны лежать у ног их. И это время почему-то рассматривается, как время господства церкви. Печальное заблуждение! Грубое недоразумение. Никакого господства церкви тут не было. Было господство духовенства и господство внешнее, а церковь, живая Христова Церковь, переживала тяжелые дни унижения…

    В этом торжестве духовенства за счет живой Христовой Церкви - страшный исторический грех церковного клира перед церковью, перед чистою идеею ее и перед христианским обществом. Отошла в тень церковь, и выступило вперед духовенство…. Внешнее преимущество духовенства, его привилегированное положение сделали служение в рядах его внешне очень привлекательным.

    В руках духовенства получились всесокрушающая власть, несметные богатства и громадный внешний блеск и почет. Все кто ценил это высоко, т.е. те, кто менее всего подходил под условия апостольского служения, - те и потянулись в ряды духовенства. В результате - ужасная картина страшного духовного падения духовенства при пол-ном наружном блеске и могуществе».

    «Ясно, что при таком положении вещей церковь должна влиять на государство, что она в муть наличной жизни человеческих государств, считающих себя христианскими, обязана вносить очищающее и оздоравливающее начало Божией правды и любви. Но, с другой стороны, не менее ясно и то, что подобное влияние, воздействие и господство церкви должно быть исключительно нравственным, духовным, без всякого внешнего гнета, насилия и принуждения, по слову Христа: «Бог есть Дух, и кто кланяется Ему, - духом и истиною должен поклоняться».

    «Роковое разделение между пастырями и паствой, угрожающее разорвать нашу церковь сверху до низу,
    требует от нашего духовенства особой бдительности в эту тяжелую роковую годину»

    «С другой стороны, так как, по своей полной внутренней несостоятельности, у духовенства не было духовных сил поддержать нравственный авторитет церкви перед миром, то оно вынуждено было прибегать к чисто внешним мерам, - ко всякого рода насилиям, угрозам, страху проклятий. И таким образом недостойное духовенство из светлых глашатаев - апостолов Евангелия миру - обратилось в мрачную тень, застилающую чистый божественный лик Иисуса Христа от духовных очей верующих.

    Все это раздражало мыслящих и чувствующих мирян, вооружило их против духовенства, отталкивало от церкви. Духовенство отвечало новыми насилиями, новым гнетом, новыми мерами внешнего воздействия. Вместо нравственных усилий, для собственного духовного подъема, духовенство стремилось к насильственному подавлению всякого светлого требования, живого чувства и свежего ума.

    Народилась инквизиция, загорелись костры, где сожигались и еретики, и еретические книги. И все - якобы во славу церкви, а на самом деле - ради защиты грубых личных интересов отсталой во всех отношениях касты, позабывшей свое высокое назначение».

    Пророчески указывал о дальнейшей судьбе нечестивого священничества: «Тогда же потребуют от нас уже не красивых фраз, не заученных силлогизмов, не пестрого наряда показной учености. От нас потребуют тогда духа и жизни.

    Потребуют веры и пламенной ревности, проникновенности духом Христовым, привычки к жизни по Христу, настоящей православной учености, настоящего, опытного познания христианства. Потребуют, чтобы мы писали не чернилами да еще заимствованными, может быть, из чужих чернильниц, а кровию из нашей собственной груди.

    Ответим ли мы на эти запросы? Выдержим ли это огненное испытание? Устоим ли на этом, поистине, страшном суде? Ведь судить нас будем уже не мы сами, не наше благосклонное начальство (оно всегда к нам будет благосклонно).

    Нас судить будет сама церковь Божия, сам народ православный, который вверил нам церковное дело и который без всякого сожаления отвернется от нас, выбросит нас вон, если найдет в нас лишь гроб повапленный, лишь соль, потерявшую силу (Мф.5, 13)».

     «Собственно, если бы подобные клирики вдруг приобрели тонкий духовный слух, то они услыхали бы голос истинной церкви, говорящей им слова Иисуса Христа: «Отойдите от Меня делающие беззаконие, Я не знаю вас». Но они «имеют уши и не слышат», и остаются, и творят свой грех, а тысячи чутких, но слабых в вере и колеблющихся душ глубоко смущаются этим и отходят, унося горечь и раздражение против церкви.

    Получается повальное, круговое, роковое недоразумение, которое усиливается и обостряется еще более, когда получают власть вершить судьбу и делать «историю» люди, озлобленные и раздраженные якобы церковью. Тогда припоминаются все старые счеты и начинается расплата.

    Расплата не спокойная, не беспристрастная, а возбужденная, с лихвой, с процентами мщения…».





      















     
    Категория: ПРОРОЧЕСТВА О РЕВОЛЮЦИИ | Добавил: admin (23.08.2013)
    Просмотров: 846 | Рейтинг: 5.0/1