Главная
МЕНЮ САЙТА
КАТЕГОРИИ РАЗДЕЛА
БИБЛЕЙСКИЕ ПРОРОКИ [20]
БИБЛЕЙСКИЙ ИЗРАИЛЬ [20]
ИУДЕЙСКИЕ ДРЕВНОСТИ [15]
ИСТОРИИ ВЕТХОГО ЗАВЕТА [15]
ТОЛКОВАНИЯ ПРОРОКОВ [250]
ЗОЛОТАЯ ЧАША СЕМИРАМИДЫ [50]
ВЕЛИКИЙ НАВУХОДОНОСОР [30]
ЦАРЬ НАВУХОДОНОСОР [20]
ЛЕГЕНДАРНЫЙ ВАВИЛОН [20]
ВАВИЛОН. РАСЦВЕТ И ГИБЕЛЬ [20]
БИБЛИЯ
ПОИСК ПО САЙТУ
СТРАНИЦА В СОЦСЕТИ
ПЕРЕВОДЧИК
ГРУППА СТАТИСТИКИ
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
ДРУЗЬЯ САЙТА
  • Вперёд в Прошлое
  • Последний Зов

  • СТАТИСТИКА

    Главная » Статьи » 1. ВАВИЛОНСКИЙ ПЛЕН » ЛЕГЕНДАРНЫЙ ВАВИЛОН

    Вавилон легендарный и Вавилон исторический. 18
    Они обзавелись домами в Уруке и окружили себя многочисленной клиентелой. Понятно, что засилье таких заезжих столичных акул возбуждало негодование урукитов, которые избавились от них только в 539 г., когда пал царь Набонид и Вавилоном овладели персы: потомков Басии и им подобных изгнали, а их земли и дома конфисковали.

    В Уре Набонид действовал несколько иначе. Использовав лунное затмение, которое преданные ему прорицатели истолковали как желание бога луны Сина иметь невесту, он восстановил в Уре древний и давно забытый институт верховных жриц - иеродул бога Сина. После многократных, надлежащим образом истолкованных гаданий выяснилось, что такой жрицей должна стать дочь самого Набонида.


    «Знамения и чудеса, какие совершил надо мною Всевышний Бог, угодно мне возвестить
    вам. Как велики знамения Его и как могущественны чудеса Его!» (Дан.3:99-100)

    Под именем Бэл - шалти - Нанна («Владыка победы - бог луны Нанна»; Нанна - шумерийское имя бога Сина в Уре) она была посвящена в этот сан. Специально для нее восстановили давно исчезнувший храм - дворец Эгипар, древнюю резиденцию верховных жриц бога Сина. Так Ур с его древним храмом бога Сина Эгишширгалем превратился в оплот политики Набонида.

    Не менее сильный удар нанесла олигархии «археологическая деятельность» Набонида. Характеризуя ее, английский археолог Леонард Вулли писал: «Многие нововведения Навуходоносора безусловно пришлись не по душе его более ортодоксальному преемнику, царю Набониду. Непопулярность этого царя можно отчасти объяснить его отходом от религиозной политики Навуходоносора, которая хотя и противоречила столь дорогим сердцу Набонида древним традициям, зато вполне подходила жрецам. Набонид перестраивал лишь недавно «восстановленные» храмы, вовсе не нуждавшиеся в перестройке. Он это делал лишь для того, чтобы исправить «ошибки» предшественника».

    В 552 г. по приказу Набонида началась перестройка храма Эбаббарры в Сиппаре, восстановленного Навуходоносором II в 597 г. и не нуждавшегося ни в каком ремонте. Набонид заявил, что Навуходоносор не нашел древний закладной камень и потому исказил облик храма. На этом основании все его постройки были снесены.

    После упорных раскопок обнаружили закладной камень древнего аккадского царя Нарамсина (2290–2254 гг. до н. э.) который, по вычислениям царских специалистов, жил якобы 3200 лет назад. По древнему плану Нарамсина и началось новое строительство Эбаббарры и ее зиккурата Э-идиб-ан-азагги на месте снесенных построек.

    В Сиппаре поднялась настоящая буря. Шутка ли сказать: несколько поколений сиппарцев, по мнению Набонида, вместо храма имели невесть что! Чтобы утихомирить разъяренных горожан и направить их гнев против жрецов и магистратов, по приказу Набонида собрали совет старейшин Сиппара и народное собрание вавилонских граждан и двинули на них всю рать царских специалистов - математиков, историков, мудрецов, тайноведцев академии Бит - Мумму, с которыми никто из сиппарцев тягаться не мог.

    Вслед за тем город поразила еще более ошеломляющая новость: от имени Набонида объявили, что сиппарский истукан бога солнца Шамаша - грубая и невежественная подделка, ибо на его тиаре недостает эмблемы полумесяца, поскольку бог солнца Шамаш является сыном бога луны Сина. Сиппарцы окончательно вышли из равновесия: ну хорошо, у них не было настоящего храма, но если и вместо настоящего бога они из поколения в поколение служили какому-то чурбану - это уж чересчур!

    Особенно задело их то, что бога Шамаша, палладия Сиппара, объявили ниже рангом, чем Сина, бога каких-то захудалых провинциальных Харрана и Ура. Страсти разгорелись. Трижды проводились гадания по печени и собирались вавилонские граждане Сиппара, перед которыми выступали крупнейшие ученые со своими малопонятными речами, а стянутые Валтасаром солдаты не позволяли пустить в ход кулаки.

    И сиппарцам пришлось сдаться. После этой победы по распоряжению Набонида в соседнем с Сиппаром городе Агаде был заново перестроен Эульмаш, храм богини Анунит, тоже восстановленный Навуходоносором II, а в самом Сиппаре возведен новый храм бога Бунене.

    В 546 г. такая же участь постигла город Ларсу, где, как и в Сиппаре, почитался бог солнца Шамаш. Местный храм Эбаббарра и его зиккурат Эдуранна, восстановленные Навуходоносором II, были снесены и воздвигнуты заново на основании закладного камня вавилонского царя Хаммурапи (1792–1750 гг. до н. э.). В Уре по древним образцам шумерийских царей Урнамму (2232–2214 гг. до н. э.) и Шульги (2214–2167 гг. до н. э.) перестроили Э-лугаль-мальга-сиди, зиккурат Эгишширгаля, храма бога Сина.

    И здесь Набонид был пойман с поличным, но не своими современниками, а через две с половиной тысячи лет англичанином Леонардом Вулли, раскапывавшим Ур в 1922–1934 гг. «Восстановленный» Набонидом якобы по шумерийскому образцу зиккурат был семиэтажным, тогда как на самом деле при царях Урнамму и Шульги он имел только три этажа! Так всплыли истинные познания Набонида и его «ученого» сброда в области древних традиций.

    Впрочем, увлечение Набонида археологией носило более чем странный характер. Пока производились все перестройки, приводившие в ужас совершенно сбитых с толку благочестивых и добропорядочных вавилонских обывателей, он продолжал безвыездно пребывать в Аравии. Царь - археолог, как часто именуют Набонида, не проявлял никакого желания взглянуть на реставрированные по его приказу храмы и зиккураты!

    Даже в 547 г., когда в возрасте 102 лет скончалась его мать Адда - гуппи, Набонид не явился на ее похороны. Последние почести матроне, сохранившей до конца жизни ясность ума и отменное здоровье, оказали царевич Валтасар и его войска. Набонид же увековечил память матери двумя стелами, на которых начертал ее «автобиографию»; они были поставлены в харранском храме Эхулхул.

    Набонида интересовала не археология. С ее помощью он хотел лишь публично доказать невежество ненавистных ему жрецов, обвинить их в ереси и безбожии и вырвать из рук олигархии руководство храмами. Ведь каждая «реставрация» храмов сопровождалась переменами в ритуале и сменой жречества.

    Одновременно Набонид восстанавливал давно исчезнувшие храмы и культы, во главе которых ставил своих людей. Он не трогал прямо богов Бэла - Мардука и Набу и их храмы Эсагилу и Эзиду, но в противовес им поднимал роль и значение богов Сина и Шамаша, культ которых процветал в Харране, Уре, Сиппаре и Ларсе. Тем самым подрывалось первенство Вавилона и Барсиппы, оплотов олигархической оппозиции, в делах религии со всеми вытекающими отсюда последствиями.

    Набонид нанес олигархии жестокий удар. Прекращение праздников, особенно в связи с удалением царя в Тему праздника Нового года, больно ударило по вавилонским обывателям, извлекавшим неисчислимые выгоды и доходы от наплыва паломников в Вавилон и Барсиппу. Ко всему прочему добавилось несколько неурожайных лет подряд.


    «Благословите Господа, все произрастания на земле, пойте и превозносите Его во веки.
    Благословите, источники, Господа, пойте и превозносите Его во веки» (Дан.3:76)

    В 546–544 гг. голод в Вавилонии достиг апогея. Водочерпалки страдали от жажды. На полях не раздавался ликующий клич пахарей «Алала!». Лица людей изменились. По улицам не сновали толпы народа. Олигархи твердили, что это кара за беззакония Набонида, вынудившие богов оставить страну. А многочисленные гадатели и прорицатели, находившиеся на царском содержании, внушали вавилонянам, что боги разгневались на олигархов, которые заставили царя покинуть Вавилон. И им верили, потому что царь был далеко, а олигархи здесь, на месте.

    Наконец, чрезвычайно обострилась международная обстановка. Персидский царь Кир, который в 553 г. восстал против мидийского царя Астиага и спас Вавилон от войны с Мидией, вопреки ожиданиям оказался далеко не мелким бунтовщиком. В 551 г. весь Ближний Восток охватила тревога: Мидия явно терпела поражение в войне с персами.

    Набонид в Теме немедленно начал переговоры о создании антиперсидской коалиции. Египетский фараон Амасис, лидийский царь Крез, арабы и индийский царь Астиаг откликнулись на его призыв. К союзу присоединились даже некоторые греческие полисы, в частности Спарта. Но было поздно. В 550 г. под ударами Кира пала Мидия, а в 547–546 гг. - Лидия.

    Две самые могущественные державы Ближнего Востока прекратили свое существование. Система международного равновесия рухнула, и Вавилон оказался один на один с персами, начавшими захват Заречья и остальных вавилонских владений. Путешественников убивали, купцам отрезали пути. Вавилонская торговля была парализована.

    В таких условиях олигархии пришлось капитулировать перед Набонидом. Депутация вавилонских граждан просила у царя прощения и умоляла его вернуться в Вавилон. В 543 г. Набонид сменил гнев на милость и пожаловал в столицу. Первым делом он завершил строительство храма Эхулхул в Харране, с чем вавилонянам на этот раз пришлось смириться. В ознаменование этого события было созвано народное собрание, на котором состоялось освящение золотого истукана бога Сина, о чем рассказывается в книге пророка Даниила (глава 3):

    «Царь Навуходоносор (т. е. Набонид) сделал золотой истукан высотою в 60 локтей (30 м), шириной в 6 локтей (3 м), поставил его на поле Деире в земле Вавилонской. И послал царь Навуходоносор (т. е. Набонид) собрать сатрапов, наместников, воевод, верховных судей, казнохранителей, законоведов, блюстителей суда и всех областеначальников, чтобы они пришли на торжественное открытие истукана, который поставил царь Навуходоносор (т. е Набонид).

    И собрались сатрапы, наместники, военачальники, верховные судьи, казнохранители, законоведы, блюстители суда и всех областеначальников на открытие истукана, который Навуходоносор (т. е. Набонид) царь поставил, и стали перед истуканом, который воздвиг Навуходоносор (т. е. Набонид). Тогда глашатай громко воскликнул:

    «Объявляется вам, народы, племена и языки! Когда услышите звук трубы, свирели, цитры, цевницы, гуслей и симфонии и всяких музыкальных инструментов, падите и поклонитесь золотому истукану, который поставил царь Навуходоносор (т. е. Набонид). А кто не падет и не поклонится, тотчас брошен будет в печь, раскаленную огнем». Посему когда все народы услышали звук трубы, свирели, цитры, цевницы, гуслей и всякого рода музыкальных инструментов, то пали все народы, племена и языки и поклонились золотому истукану, который поставил Навуходоносор (т. е. Набонид) царь».

    Олигархи распространяли слухи, что Набонид святотатствует, что его бог Син вообще не похож на бога, но открыто перечить ему не смели. Набонид одержал верх, но не сломил олигархию. Олигархия временно отступила и, затаившись, ждала часа мести. Этот час настал через четыре года. Но на стенах священного Вавилона уже было начертано огненными письменами: «Мене, мене, текел, упарсин».



    Глава 10. Мене, Мене, Текел, Упарсин

    «Кошка притворилась,

    что у нее день рождения,

    и пригласила кур на угощенье.

    А когда они осторожно вошли,

    то она заперла дверь и стала их

    одну за другой пожирать»

    (Басни Эзопа, № 348)

    В то самое время, когда Навуходоносор II создавал империю и систему международного равновесия, родился Кир, будущий царь персов и завоеватель Передней Азии. Его рождение, детство, юность, воцарение на персидском престоле и завоевание им Мидии окутаны плотным туманом легенд. Наиболее известной из них является та, которую привел отец истории Геродот. Ее содержание вкратце таково.


    «Благословите, все силы Господни, Господа, пойте и превозносите Его во веки» (Дан.3:61)

    У мидийского царя Астиага (585–550 гг.) была дочь Мандана. Маги предсказали, что рожденный ею сын свергнет Астиага и покорит всю Азию. Напуганный Астиаг решил обмануть судьбу и выдал Мандану замуж за своего клиента, персидского царька Камбиза, будучи уверенным, что завоеватель Азии никак не может родиться среди персов.

    Мандана родила сына, названного Киром, и маги повторили Астиагу свое предсказание. Тогда Астиаг приказал вельможе Гарпагу тайно убить внука. Но Гарпаг не захотел лично обагрять свои руки кровью младенца и доверил это дело царскому пастуху Митрадату. Тот же, узнав, кто такой Кир, подменил его своим мертворожденным сыном. Митрадат и его жена Спако вырастили и воспитали Кира как своего сына.

    Когда Киру исполнилось 10 лет, мальчишки во время игры избрали его царем. Однако один из них, сын знатного мидянина Артембара, не захотел подчиняться сыну простого пастуха. Тогда Кир велел отхлестать ослушника бичом. За этот проступок Кира привели к царю Астиагу, его господину, и тут выяснилось, что он сын Манданы и внук Астиага. Маги успокоили царя, заявив, что предсказание сбылось: Кира, мол, уже избрали на царство, и его нечего больше опасаться. Астиаг оставил внука у себя, но Гарпага, не выполнившего царский приказ, жестоко наказал. Он велел тайно убить его сыновей и их мясом накормил ничего не подозревавшего отца.

    Шли годы. Кир вырос и в 558 г., после смерти своего отца Камбиза, занял персидский престол. Персы с трудом переносили иго мидян, и Гарпаг, жаждавший мести, подговорил Кира поднять восстание против Астиага. С этого времени история Кира перестает быть только легендарной. Мы уже знаем, что восстание началось в 553 г., а закончилось в 550 г. полной победой Кира и завоеванием им Мидии. Затем в 547–546 гг. персы покорили Лидию. Возникла могучая и воинственная Персидская держава. Теперь жертвой ее экспансии предстояло стать Вавилону.

    Кир не торопился наносить решительный удар. Он стремился овладеть Вавилоном без серьезных боев. С конца 40–х годов персы начали захват внешних владений Вавилона, постепенно отрезая его от остального мира. Одновременно многочисленные агенты успешно вели пропаганду в пользу Кира в самой Вавилонии.

    Вавилонская олигархия нуждалась в сильной власти, способной обеспечить ее классовое господство. Вместе с тем, не желая поступаться своими привилегиями, она яростно сопротивлялась попыткам Набонида и Валтасара установить царскую диктатуру. Поэтому олигархи все больше склоняются к мысли, что необходимую им сильную власть с сохранением всех их привилегий способен обеспечить только Кир.

    Они рассуждали так. Кир располагает войском, равного которому нет в мире. Он и его персы - варвары, не искушенные прелестями цивилизации. А что, если предоставить Киру вавилонскую корону на соответствующих, разумеется, условиях? Ведь за великую честь стать законным царем священного Вавилона этот дикарь будет свято блюсти права и привилегии вавилонского гражданства и наводить тот «порядок», который нужен олигархии.

    Не удастся ли наконец таким путем разрешить дилемму, не дававшую покоя верхам вавилонского общества? Так в головах некоторых представителей вавилонской олигархии зрела мысль об измене родине. Одних толкала на это ненависть к Набониду и Валтасару, других - надежда избежать тяжелой и кровопролитной войны, третьих прельщали посулы персидских лазутчиков.

    А что думали на этот счет рядовые вавилоняне? Да ничего не думали. Поглощенные будничными делами, нескончаемыми заботами о завтрашнем дне, задавленные нищетой и беспросветным трудом, они мало интересовались судьбами империи, от которой не видели ничего, кроме гнета и нужды. За такую родину жертвовать жизнью никому не хотелось.

    Не все ли равно было земледельцу, садоводу, пахарю или опутанному долгами мелкому хозяйчику кому платить ренту и проценты - своему вавилонскому или чужому персидскому господину. Среди широких слоев вавилонского народа преобладали равнодушие к судьбам родины и политический индифферентизм. А у многих даже брезжила надежда, внушаемая персидскими эмиссарами, что Кир - добрый царь и при нем жить станет легче.

    С особой силой упования на Кира и персов пробудились среди вавилонских рабов - пленников. Они стремились к свободе и возвращению на родину, связывая свои мечты с Киром, который, по их мнению, покончит с распутным Вавилоном.

    Набонид и Валтасар в борьбе с персами могли рассчитывать на единственную силу - халдейское воинство: ему победа Кира грозила потерей всех привилегий, которыми оно пользовалось при царях - халдеях. Однако это воинство представляло слабую опору. Его экономическая база - мелкое и среднее землевладение - была подорвана. Численность халдеев, способных нести военную службу, резко сократилась.

    Короче говоря, Вавилонию, богатейшую страну мира с многочисленным населением, фактически некому было защищать. Ее способность к сопротивлению оказалась подорванной изнутри. Вавилон созрел для падения, и никакие укрепления не могли спасти его от персов.

    Завладев всеми вавилонскими провинциями, персы стояли у рубежей страны. На их сторону перешли некоторые вавилонские наместники, ненавидевшие Набонида и Валтасара. В их числе находился Угбару (Гобрий), наместник страны Гутиум, лежавшей на границе с Мидией. Его измена позволила Киру вплотную подойти к Мидийской стене, преграждавшей персам путь в глубь Вавилонии.

    Не рискуя штурмовать эту мощную линию укреплений, Кир готовился обойти ее с флангов. Здесь ему мешала река Гинд (Дияла), которая в случае неудачного исхода сражения, находясь в тылу у персов, помешала бы их отступлению. Весь 540–й год Кир занимался укрощением этой реки, о чем рассказывает Геродот:

    «Когда Кир в походе на Вавилон достиг судоходной реки Гинд… и пытался перейти ее, одна из его священных белых лошадей отважно бросилась в реку, стремясь переплыть ее, но река поглотила и унесла ее. Кир сильно вознегодовал на реку за такое насилие и пригрозил сделать ее настолько незначительной чтобы впредь ее могли переходить и женщины, не замочив себе колен.


    «И дам им сердце, чтобы знать Меня, что Я Господь, и они будут Моим народом, а Я
    буду их Богом; ибо они обратятся ко Мне всем сердцем своим» (Иер.24:7)

    Произнеся эту угрозу, он приостановил поход на Вавилон, разделил свое войско на две части и расположил его длинными рядами по обоим берегам реки. Он отмерил на обоих берегах Гинда шнуром в различных направлениях по сто восемьдесят канав, отвел каждому отряду его место и приказал копать. Хотя эту работу производило большое число людей, на выполнение ее ушло все лето.

    Когда Кир наказал реку Гинд, разделив ее на триста шестьдесят каналов, и когда наступила следующая весна, он пошел на Вавилон» (этот рассказ может показаться сказкой, но не следует торопиться с выводами. Для современников Кира наказание реки было вполне осмысленной мерой, даже если оставить в стороне чисто военные соображения.

    Точно так же другой персидский царь, Ксеркс, в 480 г. во время похода на Грецию разгневался на морской пролив Геллеспонт (Дарданеллы) за то, что буря разметала наплавной мост. Он приказал высечь море плетьми и бросить в его воды цепи, а затем, испугавшись, стал задабривать то же море дарами. И никому из людей того времени, ни персам, ни грекам, действия Ксеркса не казались нелепыми).

    Приготовления Кира не являлись секретом для вавилонян, и царь Набонид принимал меры для отражения врага. Прежде всего он пытался поднять моральный дух войска и народа. По этому случаю празднование Нового года в Вавилоне в апреле 539 г. было отмечено столь грандиозным пиршеством, что упоминание о нем попало в хронику.

    Солдатам и горожанам раздали большое количество вина из царских запасов. Набонид посетил Эсагилу, оплот своих политических противников, и в святилище Этурка - ламма «взял руку бога Бэла», т. е. был переизбран царем на следующий год. По его приказу Вавилон запасался продовольствием и готовился к осаде.

    Чтобы не распылять силы, Набонид не стал ставить гарнизоны в прочих городах и, на случай вторжения персов, велел вывезти из них в Вавилон самое ценное - истуканы их богов. Эта мера осуществлялась вплоть до последних чисел сентября 539 г. В Вавилон прибыли идолы из Киша, Хурсаг - каламмы, Марада и других городов.

    Набонид хотел внушить вавилонянам мысль о необходимости сражаться до последнего вздоха. Однако Барсиппа, Сиппар и Кута, крупнейшие после Вавилона города страны, наотрез отказались прислать своих богов в столицу. Их жители ясно дали понять Набониду, что не желают ради него жертвовать своими домами и жизнями, что вообще не считают Кира врагом и не хотят воевать с ним. Вавилонский тыл полностью разложился, и в это время Кир перешел в наступление.

    Все внимание Набонида было приковано к восточному флангу Мидийской стены. С армией он стоял лагерем у города Описа, прикрывая переправы через Тигр. Но Кир перехитрил его. Как только закончился паводок на реках Вавилонии, в 20–х числах сентября, он неожиданно обошел Мидийскую стену с запада.

    В руках персов очутились головные сооружения канала Паллукат; дорога на Вавилон была открыта. Посланный Киром корпус Угбару, наместника страны Гутиум, осадил город, в котором находился сильный гарнизон во главе с царевичем Валтасаром. Сам же Кир ударил по армии Набонида с тыла. В самом конце сентября произошло сражение при Описе. Вавилонская армия потерпела сокрушительное поражение. Персы овладели ее лагерем и сожгли его. Набонид бежал. Но путь в Вавилон, окруженный персами, был для него уже закрыт, и он укрылся в Барсиппе.

    О дальнейших событиях Геродот повествует так: «Когда Кир подошел близко к городу (Вавилону), вавилоняне дали ему сражение, но потерпели поражение и были оттеснены в город. Так как они еще раньше знали Кира как человека беспокойного и видели, что он нападает без разбору на все народы, то они запаслись провиантом на долгие годы. Поэтому они не обращали никакого внимания на осаду.

    Между тем Кир испытывал затруднения: времени уходило много, а дело нисколько не двигалось вперед. То ли ему посоветовал кто-то в его трудном положении, то ли он сам понял, что ему нужно делать, только Кир поступил так. Часть войска он поставил у того места реки, где она входит в город, а другую часть расположил позади города, где река выходит из него, приказав войску вступить в город по руслу реки, когда увидят, что оно станет проходимым.

    Так он распределил части войска и такой отдал приказ, а сам с неспособными к сражению воинами отступил. Прибыв к озеру (выкопанному царицей Нитокрис, т. е. к каналу Паллукат), Кир проделал с рекой и озером то же самое, что прежде сделала вавилонская царица. С помощью канала он отвел реку в озеро, превратившееся было в болото, и, когда река спала, старое русло ее стало проходимым.

    Когда река Евфрат убыла настолько, что не доставала человеку до середины бедра, персы, поставленные вдоль реки, по ее руслу вступили в Вавилон. Если бы вавилоняне заранее знали или как-нибудь заметили, что было сделано Киром, они позволили бы персам войти в город, а потом жестоко истребили бы их.

    Для этого им оставалось лишь запереть все ворота, которые вели к реке, а самим занять набережные, тянувшиеся вдоль берегов реки. Они захватили бы персов, как рыбу в верше. Теперь же персы предстали перед ними неожиданно. Как рассказывают тамошние жители, из-за обширности города вавилоняне, проживавшие в центре, не знали о том, что жители окраин уже взяты в плен. По случаю праздника они в это время танцевали, веселились, пока, наконец, не узнали с полной достоверностью о случившемся. Так был взят Вавилон в первый раз».

    Этот рассказ основан на том, что Геродоту сообщили сами вавилоняне, внуки и правнуки тех, кто был очевидцем вступления персов в Вавилон. Вероятно, известная доля вымысла здесь есть, но есть и истина. Кстати сказать, отвести воды Евфрата не представляло особого труда: для этого нужно было лишь открыть шлюзы канала Паллукат, что Кир и сделал, по словам Геродота.

    Вавилонская хроника молчит о подробностях событий. В ней сказано только, что 10 октября 539 г. персам без боя сдался Сиппар, а 12 октября 539 г. войска Угбару, наместника страны Гутиум, без боя вступили в Вавилон. Царевич Валтасар, пировавший в это время во дворце, был захвачен персами врасплох и убит. В пятой главе книги пророка Даниила так описывается пир Валтасара:


    «И обращу на них очи Мои во благо им и возвращу их в землю сию, и устрою их,
    а не разорю, и насажду их, а не искореню» (Иер.24:6)

    «Валтасар царь сделал большой пир для тысячи вельмож своих и среди тысячи пил вино. Вкусив вина, Валтасар приказал принести золотые и серебряные сосуды, которые Навуходоносор, отец его, вынес из дворца Иерусалима, чтобы пили из них царь и вельможи его, жены и наложницы. Тогда принесли золотые сосуды, которые были взяты из дворца дома божия в Иерусалиме, и пили из них царь и вельможи его, жены и наложницы. Пили вино и славили идолов, золотых и серебряных, медных, железных, деревянных и каменных.

    В это время вышли персты человеческой руки и написали против лампады на извести стены царского дворца, и царь видел кисть руки, которая писала. Тогда царь изменился в лице своем, и мысли его смутили его, и связи чресл ослабели, и колени его стали биться одно о другое. Сильно закричал царь, чтобы привели обаятелей, халдеев и гадателей.

    Начал говорить царь и сказал мудрецам вавилонским: «Кто из людей прочитает это написанное и объяснит мне значение, тот будет облачен в пурпур, и золотая цепь будет на шее его, и будет он третьим властелином в царстве». Тогда вошли все царские мудрецы, но не могли прочитать написанное и объяснить значение его царю. Тогда царь Валтасар очень встревожился, и вид лица его изменился на нем, и вельможи его смутились…».

    В пиршественную залу вошла царица - мать Нитокрис, которая посоветовала Валтасару обратиться к Даниилу. Привели Даниила. Валтасар обещал облачить его в пурпур, надеть на шею ему золотую цепь и сделать его третьим властелином в царстве, т. е. соправителем Набонида и Валтасара, если он прочтет и растолкует надпись. Даниил от почестей отказался, но надпись объяснил. Напомнив Валтасару беззакония, творимые Навуходоносором (т. е. Набонидом), и его собственную гордыню, а также осквернение сосудов из иерусалимского храма, Даниил продолжал:


    1 ... 16 17 18 19 20            















    Категория: ЛЕГЕНДАРНЫЙ ВАВИЛОН | Добавил: admin (04.11.2016)
    Просмотров: 360 | Рейтинг: 5.0/1